Онлайн книга «Тайна кровавой ночи»
|
Полицеймейстер Панфилов исполнил то ли просьбу судебного следователя по особо важным делам Воловцова, то ли требование без всякого промедления. Причем выбор был сделан не из самых худших полицейских, каковых отдать было бы не жалко, дескать, на тебе, боже, что нам негоже, — а мысль такая полицеймейстеру поначалу как раз и приходила. Напротив, для московского гостя были отобраны наилучшие из самых лучших полицейских чинов младшего начальствующего состава, кои зарекомендовали себя как отменно знающие свое дело и проявившие свои способности не единожды. Выбранные Павлом Борисовичем полицейские надзиратели гарантированно в грязь лицом перед московским гостем не ударят, полицию Казани позором не покроют и не дадут повода хаять ее и поносить в обеих столицах. К тому же поймать этого феноменального стрелка было также первейшей задачей и его, казанского полицеймейстера Панфилова. Ведь он нес персональную ответственность перед государем императором, правительством империи и казанским губернатором в выполнении своей главной задачи — охраны порядка и общественного спокойствия. И отвечал за выполнение прочими чинами полиции возложенных на них обязанностей как своими обязанностями и чином, так и своей головой… Из Первой полицейской части был откомандирован в распоряжение судебного следователя Воловцова полицейский надзиратель Георгий Ступин. Это был тот самый служитель закона, что выследил и заарестовал аристократа из мира фартовых и блатных, известного карманного вора-маравихера Потапа Петергофского. Его не смогли поймать самые опытные сыщики Первопрестольной и Северной столиц, где он чаще всего и бывал. А вот Георгий Иванович — взял да и сумел! Расставил капканы и ловушки в нужных местах, как опытный охотник, запасся терпением, что далеко не каждому под силу, и матерый зверюга попался. На кармане, то бишь с поличным. Георгий Иванович лично выследил Потапа Петергофского, в самый момент кражи оказался аккурат рядом с ним, схватил вора буквально за руку и не дал гастролеру сбросить ловко похищенный лопатник[2]. За что и получил серебряный с позолотой «Знак отличия ордена Святой Анны» с бантом из орденской ленты, пятьдесят рублей ассигнациями и очередной чин губернского секретаря[3]. Подобного рода задержаний было у Георгия Ивановича не одно и не два. Кстати, именно с его непосредственным участием было предотвращено намечавшееся членами нелегальной анархической организации Казани покушение на управляющего казанской казенной палаты Карла Штенгера. Так что получение Георгием Ступиным чина губернского секретаря — а явление это было не частым среди полицейских надзирателей — было им вполне заслужено. Вторым в помощь судебному следователю Воловцову был направлен служивший в Четвертой полицейской части города полицейский надзиратель Ферапонт Громыхайло. Этот держал в кулаке практически всю городскую Суконную слободу (вместе с Архангельской, которая также территориально входила в район Четвертой полицейской части города). А Суконка, как называли ее местные жители и прочие горожане, благонравием и законопослушанием отнюдь не отличалась. Пьяные скандалы, поножовщина, проституция, воровство и кражи — вот неполный перечень противузаконных деяний, отличающих Суконную слободу, к примеру, от слободы Академической, Пороховой, Восстания или даже Ягодной. Чужие на Суконку и не совались: можно было в лучшем случае неслабо огрести по мордасам, остаться без штанов, а то и вовсе распрощаться с жизнью. Или пропасть неведомо куда, да так, что ни одна сыскная собака за год не отыщет… |