Книга Дикая карта, страница 93 – Элси Сильвер

Наши ладони хлопают друг о друга.

— Нет, мы оставим местных ребят на связи. А ты возвращайся в Британскую Колумбию. Надеюсь, в этом году ты им не понадобишься.

Я киваю, кривя губы. Это приятное пожелание, но я выдаю желаемое за действительное.

— Ты выглядишь уставшим. Немного бледным. Ты в порядке? — Он хмурится, оглядывая меня.

— Да, да. Просто выдались напряжённые деньки, — говорю я, но на самом деле я неважно себя чувствую. Я чувствую себя невероятно уставшим.

Поэтому я не спорю с ним, когда он решает сократить количество полётов. Я беру выходной и возвращаюсь в Роуз-Хилл.

ГВЕН

Тихий щелчок парадной двери вырывает меня из сна. Звук недостаточно громкий, чтобы по-настоящему потревожить, но всё равно всё мое тело мгновенно просыпается. Я сажусь на кровати, сердце колотится, и внимательно прислушиваюсь.

Глухой стук. Затем шаги.

Я тянусь к телефону, зная, что поставила сигнализацию именно так, как меня научил Баш, когда я только переехала. На экране написано, что система была отключена минуту назад, что может означать только одно.

Я на цыпочках пробираюсь по коридору и спускаюсь по лестнице, стараясь идти как можно тише — на случай, если это не Баш, и я иду прямиком в ловушку своего убийцы.

Но, повернув за угол и заглянув в погруженную во тьму кухню, я вижу силуэт, который узнаю где угодно.

Баш стоит, упираясь ладонями в столешницу, с опущенной головой, словно ловит дыхание. Он даже не снял ботинки — что для него несвойственно, ведь этот мужчина содержит дом в безупречной чистоте.

— Баш? — осторожно окликаю я.

Он не поднимает головы. Единственный признак, что он меня слышит, — напряжение в его широких плечах.

— Я не знала, что ты вернешься.

Теперь его плечи опускаются, но он всё ещё не отвечает.

— Ты в порядке? — спрашиваю я, приближаясь к нему. Тянусь к нему. Провожу рукой по изгибу его верхнего отдела позвоночника. — Что случилось?

Я просто чувствую это. Конечно, обычно он угрюмый и несговорчивый, но сейчас всё иначе.

— Просто очень плохо себя чувствую.

Мой лоб морщится, ум перебирает все возможные причины, которые могут быть так скоро после донорства органа.

— Как твой живот? Нам нужно в больницу? Я знала, что ещё слишком рано…

— Операция была лапароскопической, Гвен. Я в порядке. Просто ужасная головная боль и тошнит. Я просто устал.

Мои пальцы вжимаются в углубления между его позвонками, продвигаясь вниз, пока я не слышу его вздох.

— Я очень, очень устал. — Он качает головой почти с грустью. — Безмерно устал. Гвен, я просто так измотан. — Его голос дрогнул, и это совсем не убеждает меня, что с ним всё в порядке.

— Это нормально. Ты должен прислушаться к этому. Ты имеешь право уставать. Быть уставшим — это естественно.

На этот раз он кивает, но не делает никаких других движений.

— Вот. — Я протягиваю руку, скольжу ладонью по его руке, переплетаю наши пальцы. — Пошли. Давай. Тебе нужно отдохнуть.

Он теперь поворачивается, его темные, почти опасные глаза вглядываются в мои через плечо. Они выглядят измученными. Он и правда выглядит усталым. И подавленным, и... печальным.

— Ты справишься, — тихо говорю я, не зная, что именно не так, зная лишь, что готова на всё, чтобы ему стало лучше.

— Не знаю, справлюсь ли, — отвечает он хриплым, как гравий, голосом. У меня сжимается сердце.