Книга Дикая карта, страница 52 – Элси Сильвер

— Клайд. — Он вздыхает имя мужчины, звуча раздражённо.

Я стараюсь не принимать это на свой счёт. Возвышаться над этим — уже вторая натура для меня, что облегчается тем, что Баш избегает меня как чумы. В большинстве случаев мужчина бросает на меня не более чем взгляд. Ему явно не пережить то, что я встречалась с Триппом, и хотя раньше это меня беспокоило, я отпустила это. Я не могу изменить прошлое. Я могу контролировать только свои собственные чувства, и, к сожалению для меня, они тоже не изменились.

Баш просто что-то делает со мной. Даже сейчас, когда он раздражён Клайдом и мной, восхитительное давление скручивается за бёдрами, и я пытаюсь сдержать ухмылку на губах. Так же, как в ту ночь в аэропорту, его угрюмость забавляет меня. В ней нет яда. Это словно маска.

Конечно, мы с Башем в основном незнакомцы, но я могу сказать, что он больше лает, чем кусается. Я выросла с укусами. А это? Это не оно. Это строгость снаружи и мягкость внутри. Это мужчина, который щетинится и ворчит, но сдаётся, когда это важно. И если бы мне пришлось делать ставку, я бы поставила на то, что маленькая афера Клайда сработает — и Баш даже не останется на него злым.

Клайд поворачивается в кровати, стонет, словно от боли, и его покрытая веснушками рука ложится на живот.

— Она уже помогала мне, — говорит Клайд, морщась. — Я никому другому не доверяю.

Я сейчас усмехаюсь, потому что позже вручу Клайду грёбаный «Оскар». Он прекрасно знает, что делает. Но я быстро проглатываю своё развлечение, когда голова Баша резко поворачивается в мою сторону.

Однако Клайда это ничуть не смущает. Он продолжает невозмутимо.

— То, что ты отдал мне почку, не означает, что теперь ты мой босс.

— Слава богу, — ворчит Баш. — Это чертовски пугающая перспектива.

Я прикусываю язык. Мне действительно, действительно не следует смеяться прямо сейчас.

— Ей негде жить. Некуда идти. Ты будешь работать — уедешь, скоро начнётся пожарный сезон. Ты даже не заметишь нас.

Взгляд Баша мечется между нами.

— Негде жить?

Я пожимаю плечами.

— Мне нужно освободить квартиру здесь до конца месяца, и я ещё не построила планы, куда поеду дальше. Я разослала запросы и начала искать в интернете, так что сомневаюсь, что задержусь дольше, чем на месяц или два. Время, вероятно, идеальное, если вам действительно нужен кто-то, чтобы помочь с Клайдом.

Он смотрит на меня так, словно я проблема, которую нужно исправить. И то чувство, от которого я бежала годами — ощущение, что я неудобство, — поднимает свою уродливую голову.

Конечно, Баш не хочет меня в своём доме. Если я остановлюсь и подумаю об этом, это даже несправедливо — просить об этом. Он только что наладил отношения с сыном. Я, живущая в его доме? Красный, блять, флаг.

Так что я говорю себе то, что всегда говорю.

Вперёд, к следующей остановке.

Может, так и должно было случиться.

Когда жизнь даёт тебе лаймы…

— Знаешь что? Всё в порядке. Я, наверное, смогу найти что-то сразу. — Я хлопаю в ладоши, поворачиваясь к Клайду. — Я очень самостоятельна. Я всегда приземляюсь на ноги, и сейчас будет не иначе.

Клайд собирается возразить, но я поднимаю палец, чтобы заткнуть его.

— Ты найдёшь кого-то более подходящего. Я не хочу обременять тебя или Баша…

— Нет. Ты останешься. — Глубокий голос Баша обрывает мою неловкую болтовню, и я замираю. На этом же замирает и Клайд. Со временем мы оба поворачиваемся, чтобы посмотреть на него. Покрасневшие щёки, опущенные уголки губ и скрещенные руки. — Два месяца. Не больше.