Книга Дикая карта, страница 119 – Элси Сильвер

Она смотрит на меня, сиреневые глаза широко раскрыты, в них читается полное удовлетворение, и пожимает плечами.

— Конечно.

Стремясь поскорее оказаться на твердой земле, я разворачиваю нас обратно к взлетной полосе и сообщаю о нашем прибытии. Пальцы Гвен сжимаются за рукоятку, когда мы плавно касаемся земли, и она снова приходит в восторг.

— Черт. Мне тоже поаплодировать? Я летала рейсами, где все хлопали, и посадка была далеко не такой безупречной.

— Ненавижу, когда люди аплодируют в самолетах, — отвечаю я, направляя нас обратно к ангару.

Гвен смеется, отмахиваясь от моего комментария, словно это чистейшее развлечение.

— Конечно, ненавидишь. Ты когда-нибудь втайне осуждал экипаж, когда летал коммерческими рейсами?

Она засыпает меня вопросами, пока Грег осторожно направляет нас, размахивая сигнальными жезлами, чтобы я вернулся на своё место в ангаре.

— О! Вообще-то у меня есть важный вопрос.

Я глушу двигатель, Грег отдает мне честь и уходит обратно в офис у входа.

— Пилоты боятся турбулентности? Или это касается только пассажиров?

Я бросаю на неё сердитый взгляд, но она не подозревает о буре внутри меня, о нахлынувшем отчаянии. Я расстегиваю ремни и сбрасываю наушники, пока она продолжает тараторить.

— Ну, ты волнуешься из-за этого? Или для тебя это обычное дело?

— Гвен, хватит задавать вопросы и расстегни ремни.

Она замирает, брови взлетают к волосам. Её выражение лица говорит: «Я знаю, ты только что не говорил со мной таким тоном». Но затем она опускает глаза и щелкает застежками.

— О-кей, весельчак. — Она снимает наушники, запутывая их в светлых прядях. — Я хотела сказать спасибо за подарок на день рождения, но, полагаю...

Моя рука, сжимающая её бедро, заставляет её замолчать.

— Что? — Она выглядит искренне озадаченной.

Но я — нет. Я достиг своего предела. Я, блять, сорвался. Я поворачиваюсь и хватаю её за талию. Кабина маленькая, так что мне не составляет труда притянуть её к себе.

За считанные секунды я пересаживаю её через небольшой проем между нашими сиденьями, и она оказывается у меня на коленях, сидя верхом. Мои руки обхватывают её талию, а её ладони опускаются на мои плечи.

Мои пальцы пульсируют. Я смотрю, как они впиваются в её талию, и издаю отчаянный стон, когда она осторожно опускается на меня. Мои глаза сужаются, глядя на её джинсы, словно они совершили нечто непростительное. Потому что так и есть. Сам факт их существования.

Я хочу, чтобы Гвен сидела у меня на коленях. И я хочу, чтобы она была голой.

— Что ты делаешь? — тихо говорит она, и мягкое, мятное дуновение каждого слова касается моей щеки.

Я поднимаю лицо к её лицу, пока моё сердце бьется в груди, словно пытаясь вырваться. Я пью её глазами. Соблазнительные губы. Широко раскрытые глаза. Полные щеки.

Идеальная с головы до ног.

— То, что должен был сделать месяцы назад, — вот всё, что я говорю. Затем я сжимаю её затылок, притягиваю её губы к своим и целую её.

Я не встречаю ни капли сопротивления — только шок. А затем — готовность. Её пальцы впиваются в мои волосы, пока я захватываю её рот. Мой язык сплетается с её языком, и поцелуй становится голодным. Её бедра вращаются, и вся моя кровь устремляется вниз. Я вжимаюсь в неё, снова раздраженный присутствием её джинсов. Я серьезно подумываю о том, чтобы сорвать их голыми руками.