Книга Игра без правил, страница 19 – Дарина Вэб

Да и меня можно было спросить, хочу я рожать от смертника или нет. Больно и неприятно осознавать себя, снова, в роли куклы.

С другой стороны, если он знает о диагнозе, значит, лечится. Может, не всё так плохо? Насколько я знаю, там должны быть метастазы и определённая степень поражения для последней стадии, а я в терминах плохо понимаю. Морщу лоб, пытаясь вспомнить хоть что-то из медицинских передач.

Напиваюсь непонятно от каких переживаний. За себя боюсь или за Назара? Отрицать не буду: да, он привлекательный мужчина, первый мой мужчина и пока единственный. Что-то я всё равно к нему испытываю — смесь раздражения, обиды и чего-то ещё, чего не могу назвать. Хоть он и засранец редкостный.

Пока Назара не было, я успела и поплакать, и посмеяться невпопад, и со стенами поговорить, шёпотом выплескивая всё, что накипело.

В итоге моя крыша дала сбой, нервы не выдержали, и я заснула, свернувшись клубочком под одеялом.

Проснулась я от лёгких прикосновений к лицу — нежных, как крылья бабочки. Так приятно и волнующе, что по коже бегут мурашки. Улыбаюсь сквозь сон и открываю глаза.

Назар сидит рядом, разглядывает меня, поглаживая щёку большим пальцем. Его взгляд заинтригованный.

Я резко отпрянула и уползла на край кровати, запутавшись в одеяле. Голова закружилась с новой силой, в глазах помутнело, перед ними заплясали тёмные точки. Я схватилась за болезненные виски, потирая их, пытаясь прийти в себя.

— Это ты здорово придумала. Давно хотел сделать новый ремонт, — в его глазах пляшут чертята, но в голосе звучит непривычная мягкость. — Сделаем сразу детскую. Можешь сама заняться дизайном.

Я его не узнаю. От запугиваний перейти к слащавым желаниям… Неужели это болезнь так на него повлияла? Внутри всё сжимается от тревоги и растерянности.

Открывшиеся обстоятельства не заставят меня плясать под его дудку, пусть даже не надеется.

Лера

— Назар, ты вообще нормальный? — не понимаю его спокойствия, и от этого внутри всё закипает. — Почему ты не взорвался, не стал запугивать меня, а так спокойно отреагировал⁈ — тут уже меня кроет, эмоции рвутся наружу.

Алкоголь не выветрился до конца, эмоциональность зашкаливает — даже сон не помог остудить этот внутренний пожар.

Он смотрит с интересом, изучает мою реакцию, чуть склонив голову набок. И ему, чёрт возьми, всё нравится.

В глазах едва заметный блеск, будто он наслаждается каждым моим нервным вздохом.

— А ты хотела, чтобы я тебя наказал, — не спрашивает, констатирует факт. Его голос звучит ровно, почти лениво, но в нём слышится что-то тяжёлое, давнее. — Ты с детства живёшь в таком режиме: натворила дел — получила внимание. Но я не твой отец, по крайней мере, больше не хочу быть таким, как он.

— Тогда отпусти, — улавливаю момент, цепляюсь за эту мысль, как за соломинку. Если сейчас он искренне раскрывается, значит, отпустит.

Но не тут-то было. Его глаза выдают хищную натуру. Зрачки расширяются, взгляд становится острым, прожигает до самых костей. Молниеносно заостряются скулы, на щеке дёргается нерв.

Пока слежу за мимикой его лица, пропускаю главное. Его руки незаметно подобрались к моим ногам, одеяло скрыло выверенные движения.

Резко, без предупреждения, он подтаскивает меня к себе за ноги. Я пытаюсь отпинываться, но тщетно — его хватка железная. Закидывает мою тушку к себе на колени задом кверху, и я ощущаю, как прохлада кожи на мгновение сменяется теплом его тела.