Книга Обретенная семья, страница 45 – Shkodina

Я не мастак просить прощения, но видимо и такие скупые слова Лола оценила. Она смотрела на меня как минимум удивленно.

— Она мной манипулирует, я знаю. Но… она у меня одна. Я не могу долго сопротивляться, тем более я пересмотрела своё отношение к данной поездке. Это не так уж и плохо.

Села Лола с дочкой сзади, я за руль. Девочки вскоре уже вместе спали, а я ехал по автомагистрали, наверное первый раз в жизни не превышая ста десяти километров в час и чувствовал себя счастливым.

Лола.

Проснулись мы как раз в тот момент, когда автомобиль парковался на стоянке перед гостиницей. С виду она была похожа на ту, в которой мы остановились в Сочи, может быть их даже строили по одному проекту.

Клим выглядел усталым, оказалось что полночи мы простояли в пробке на Керченском мосту. Мы-то с Машкой беззаботно дрыхли в обнимку, а мужчина не спал всю ночь.

— Вот ключи, номер на втором этаже, заселяйтесь и осматривайтесь. Завтрак тоже включён. Мне нужно поработать.

— Пошёл поспал бы хоть пару часов, какой из тебя сейчас работник?

— Мне приятно, что ты волнуешься о моем состоянии, но дела не терпят отлагательств. Я после обеда приду, подремлю в номере. Не обессудь, он у нас один. Разгар сезона, как понимаешь, других свободных нет.

Чего-то такого я и ожидала, но ведь не додумалась даже спросить. Хотя, чего уж сейчас возмущаться? Я ведь подсознательно понимала, зачем Клим нас позвал. Он хочет сблизится. А чего хочу я? На этот вопрос даже у меня самой ответа не было.

Одно было ясно, связь между нами не оборвалась с годами, как бы я не старалась забыть прошлое, стирая воспоминания как будто ластиком, кропотливо, событие за событием. Без этого мне не представлялось возможным будущее.

А сейчас я как будто вернулась в ту же точку, из которой убегала пять лет назад, так и не научившись говорить ему «нет» и не научившись любить.

Я чувствовала безнадёжность своего положения и даже отчаяние. Неужели, моя жизнь закончится так и не начавшись. И в ней не будет новых отношений, романтичной любовной истории, с мурашками по телу и пресловутыми бабочками в животе, как в любовных романах и мыльных операх?

Энергетика, которую источал мужчина, уже сейчас буквально материализовалась, я чувствовала как она снова затягивает меня в кокон, не давая двигаться и дышать. В этом коконе очень тепло, тихо и безопасно, но такое существование пугало меня не меньше, чем раньше.

Бабочке нужна свобода и возможность расправить крылышки. Я бы наверное могла периодически возвращаться в этот «домик» безопасности, пусть даже каждый день, если бы в остальное время Клим давал мне простор.

Я ведь никогда бы не предала его доверия, если бы он научился доверять мне, если бы простил. Но сейчас я ощущала себя мышкой, за которой вот-вот захлопнется ловушка. Ведь я хотела ему признаться и все рассказать.

Меня метало из стороны в сторону. Я понимала, что поступила и продолжаю поступать бесчестно по отношению к мужчине. Ему уже больше сорока, детей у него кроме Машки нет.

А вдруг и не будет? И он всю жизнь проживет без понимания того, какое это счастье, иметь ребёнка. Чувствовать наполненность жизни смыслом, ощущать на себе безусловную любовь…

Две сущности боролись во мне. Одна отстаивала интересы мужчины и ребёнка, приказывая прекратить ставить себя на первое место, а вторая говорила прямо противоположное. Жизнь одна, и я не обязана ей жертвовать.