Книга Сделка с боссом. Опасная игра, страница 12 – Татьяна Никольская, Ника Лето

Мои долги против моей свободы. Он подарил мне свободу от кредитов, забрав свободу моей личной жизни.

Свободу, которой теперь снова нет.

Накатывает тошнотворный стыд.

Прекрасно, Алёна. Просто замечательно!

Ты только что официально стала содержанкой. Дорогой, на строгих условиях, но содержанкой.

Моя независимость, которую я так выстраивала после ухода бывшего, рассыпалась в прах за один день.

Не успеваю прийти в себя, как к моему столу подходит курьер с огромной, неподъёмной корзиной. В ней — алые, бархатные розы. Такие роскошные и совершенные, что кажутся искусственными. И опасными. Запах тяжелый, удушающий.

Коллеги ахают, подходят, спрашивают, кто тайный поклонник. Я молчу, чувствуя, как холодеет прямо под диафрагмой. У меня есть подозрения, от кого они. И от этого только хуже.

И, главное, записки-то нет...

И как по расписанию, на столе начинает заливаться мой рабочий телефон. Номер скрыт.

В животе всё скручивается. Я знаю, кто это.

Поднимаю трубку. Голос в ней сиплый, масляный, тянет гласные.

— Алёна Андреевна, добрый день. Дошли ли до вас мои скромные цветы? Надеюсь, они скрасят ваш тяжёлый рабочий день.

— Евгений… Петрович, — с трудом выдавливаю я. — Спасибо. Но вы не должны были…

— Пустяки! Мне просто хотелось извиниться за вчерашнюю… нервозность. И напомнить о себе. Вы не забыли про приглашение? Юбилей через неделю. Я буду ждать.

Господи… Опять об этом своём дне рождения. Что же делать? Как я должна реагировать на такие проявления внимания?

И вдруг я чувствую его присутствие. Раньше, чем вижу фигуру босса. Он подходит бесшумно. Его лицо совершенно спокойно. Он без слов вынимает трубку из моих оцепеневших пальцев.

Голос его негромок, но каждая буква отчеканена из стали.

— Евгений Петрович. Богдан Майоров. Моей девушке не стоит получать цветы от других мужчин. Это моя прерогатива. Исключительно моя. Вы поняли?

Одно мгновение, и он вешает трубку.

Коллеги ошеломлённо замирают, но длится это секунду. Через миг, все разбредаются, делая вид, что не слышали. Но я-то прекрасно понимаю. Теперь по офису полетят очень интересные слухи.

Майоров продолжает стоять возле моего стола. Он смотрит на корзину роз, и в его глазах мелькает что-то первобытное и дикое. Затем он поворачивается ко мне.

— Утилизировать это, — говорит он, указывая на цветы. — Сейчас же.

Я киваю, не в силах оторвать от него взгляд. Он только что заявил на меня права. Публично. Жестоко. Эффективно. И это было… пугающе убедительно.

Когда курьер уносит розы, а в приёмной не остаётся ни одного коллеги, босс подходит ко мне вплотную, опуская голос до шёпота, который слышу только я.

— Видишь? Он проверяет границы. Игра началась по-настоящему.

— Богдан Игоревич… — я глотаю, подбирая слова. — А что с этим приглашением? На юбилей. Мы правда… пойдём?

Он смотрит на меня долгим, тяжёлым взглядом с решимостью хищника, загнанного в угол и готовящегося к прыжку.

— Правда, — произносит он мрачно. — Мы пойдём. И нам нужно будет подготовиться.

Богдан Майоров

Телефонный звонок от дяди приходит всегда не вовремя. Абсолютно всегда. Но сейчас, когда в голове роем крутятся мысли о той глупой истории с цветами и её напуганных глазах, он звучит как похоронный звонок.

Вибрация в ящике стола. Отдельный телефон, с которого звонит только дядя Олег.