Книга Бухгалтер для Босса, страница 72 – Никки Зима

За окном вечерний город, огни, люди спешат по своим делам.

Я закрываю глаза и понимаю, что у меня безумная неделя.

Аресты, драки, деньги, обыски, военный совет и план по спасению компании. Обычная работа бухгалтера.

Хочется спать. Сама не понимаю как, но мгновенно засыпаю и начинаю громко храпеть.

Прямо чувствую, как водитель вздрагивает.

Я всегда в начале сна осознаю, что храплю.

Даже во сне немного стыдно перед водителем за храп, но силы покинули бойца, и мне плевать на имидж крутой исполняющей обязанности босса.

Я просто храплю, ещё и громче, и проваливаюсь в сон.

И тут вибрирует телефон.

Открываю глаза — 3 пропущенных.

Маринка.

— Юлька, ну наконец-то! — тараторит как сорока подруга в ухо, — у тебя всё в порядке? Ты обещала перезвонить! Надеюсь, у тебя рабочий день закончился? Я уже думала, ты меня в чёрный список занесла! Что у вас там происходит? Что за фура? Что за мужики?

Приходится просыпаться.

— Марин, — выдыхаю я, — ты даже не представляешь, какой у меня звёздец.

— Рассказывай. Я вся в нетерпении, в кресло села, кофеек налила, готова слушать.

И я рассказываю.

Про смену гендира, наезды на меня, про Карину, швейцарскую индустрию пластической хирургии, поездку к Артуру. Относительно честный отъем денег у Борща.

Про карлика-поджигателя. Про снятие с тендера, драку Василя.

Про арест Мещерякова, про доверенность, про план с Кариной и диктофонами, про Бориса, про то, что я всего лишь два часа как о. и, в меня уже все задолбало.

Маринка слушает, только охает.

— Юль, ты вообще охренела? Это же шанс! Ты теперь вместо генерального?

— Исполняющая его обязанности, если быть точной.

— Ну ни хрена себе карьерный рост! А этот твой… Славик?

— Марин, не начинай.

— Ладно-ладно. Слушай, всё обойдётся. Выкрутишься. Ты у меня вообще молодец. А Беня как?

Я улыбаюсь. Водила от нечего делать вслушивается в разговор.

— Беня — чудо. Прикинь, он с Мещеряковым подружился. Тот мне кофе варил. А ещё он не ревнует к нему, представляешь?

— Ну вот, — смеётся Маринка, — мужики всегда тебя ценили по достоинству. У тебя теперь со Славиком их целых три. Ладно, завтра вечером заеду.

— Договорились. Созвонимся.

Отключаюсь. Машина тормозит у подъезда. Прощаюсь с водителем, поднимаюсь на лифте.

У двери квартиры замираю. Слышу тишину. Даже странно. По идее, Беня должен орать из-за двери о том, что я слишком долго ехала с работы! Как я могла себе такое позволить, когда кот хочет жрать?

Открываю дверь.

И застываю на пороге. Разгром.

Квартиры больше нет. Есть зона боевых действий, где мы с Ебеней по разные стороны линии фронта.

Захожу в квартиру и понимаю: это необъявленная война.

Противник хитёр, вероломен и беспринципен. Если не дать вовремя отпор, то подобные войны проигрывают. А территории сдают.

А я сейчас стою на пороге собственного жилья, осматриваю хаос и прикидываю, как буду остужать пыл этого негодяя, держа его за шкирку под холодной водой.

— Беня, ты знаешь, что сказал Сунь-цзы в своём трактате о войне?

Беня сидит на шкафу. Смотрит сверху вниз с выражением лица, которое я бы назвала «а ты где ходила, женщина? Что ты мне мозги компостируешь своим сунь-высунь?»

— А я тебе напомню! — мой голос становится резким, — он сказал, что тот, кто недооценивает своего соперника, обязательно потерпит поражение, блять!