Книга Домашний арест, страница 61 – Ники Руа

Я с облегчением откинулась на спинку кресла. Он не убийца — это самое главное. С остальным можно как-нибудь разобраться. Наверное.

— Не волнуйся на счёт адвоката. Всё останется между нами, — пообещала я и сама удивилась тому, как уверенно прозвучали мои слова.

Странно, но угрызений совести из-за сумки с горошинами не было. Возможно, они появятся потом, когда встанет выбор: отдавать аудиозаписи Голиковой или нет. А пока среди испытываемых мною чувств главным была радость от того, что Никита готов довериться мне. Значит, не в сексе дело. Я легонько улыбнулась. И почему мне так важна его симпатия? Ведь будущего у нас нет… Стоп, не время думать о таких вещах. Всё потом, и чувства, и Голикова. Сначала пусть расскажет про Леру. Неужели он поднимал на неё руку?..

Никита обхватил руками голову и тяжело задышал, прикрыв глаза. Казалось, он прикладывает титанические усилия, чтобы решиться на признание. Я сидела, не шелохнувшись, и ждала, пока он дозреет.

— Я расскажу, — произнёс, наконец, Никита, медленно кивая головой. И вдруг неожиданно улыбнулся: — Но сначала ты должна кое-что сделать.

Я вспыхнула. Ну почему, почему даже в такой стрессовой ситуации он ведёт себя как сексуально-озабоченный придурок?!

— Очередная попытка затащить меня в постель, кто бы сомневался, — я возмущённо фыркнула.

— Чего?! Я и не думал об этом, — Никита на мгновение опешил, а затем на его лице появилась пошловатая ухмылка. — Но теперь думаю.

— Ни за что! — провозгласила я, упрямо сложив руки на груди.

— Как хочешь, — он пожал плечами, — Будем сидеть на пионерском расстоянии, терпеть и мучиться.

— Я не терплю и не мучаюсь! — запальчиво возразила я. — Мне вообще всё равно.

— Настолько всё равно, что ты чуть не кончила, когда лежала тут подо мной на диване.

Ещё минуту назад он пребывал в отчаянии, а теперь раздевал меня бесстыжим насмешливым взглядом. Взглядом, от которого меня бросило в жар.

— Не было такого, — прошипела я, чувствуя, как сильно пылают щёки. — Ты… ты пытался взять меня силой!

— О да. Изнасиловать хотел. А ты так боролась, так сопротивлялась, что… снова пришла ко мне в гости!

Я молчала. Можно было бы разразиться гневной тирадой и до последнего отрицать влечение к нему, только какой смысл, когда оно настолько очевидно? Вон он сидит, посмеивается, потому что видит, что я тоже хочу его — прямо сейчас, в эти секунды…

— Может, мне повторить? — беззастенчиво предложил Никита. И хотя голос его всё ещё звучал шутливо, глаза смотрели ласково и серьёзно одновременно. — Я хочу быть нежным с тобой. Чтобы у нас всё было взаимно. Но если тебе трудно решиться, если тебе проще, чтобы я действовал через сопротивление, скажи…

Я понимала, о чём он. Считает, что я не осмеливаюсь заняться с ним сексом из страха быть снова брошенной. И предлагает «подтолкнуть». Что же, к его разочарованию, так легко я не сдамся.

— Вернёмся к Лере… — я вздохнула, с сожалением отпуская возбуждение внизу живота прочь. — Что ты хочешь взамен?

Никита и бровью не повёл от столь резкой смены темы разговора.

— Доверие в обмен на доверие, — он взял со стола пачку сигарет и поднялся с дивана. — Покурим?

Я встала с кресла вслед за ним. Что он задумал? О каком доверии с моей стороны пойдёт речь? Кажется, ночь обещает быть долгой, и без сигаретки-другой не обойтись.