Книга Домашний арест, страница 20 – Ники Руа

— Тебя избили сокамерники? — спросила я, почти физически чувствуя, как ему сейчас больно.

— Да, четверо на одного. Множество ушибов, сотрясение мозга и отбиты почки, — Никита с трудом наклонился, поставил пепельницу на журнальный столик и тяжело опустился на диван. — Врачи сказали, всё заживёт. Надеюсь и жду!

— Они только били тебя или… сделали что-то ещё? — я села в кресло рядом с диваном и положила ногу на ногу, а руки скрестила. — Ты так странно хромаешь.

— Чего? — он нахмурился, а затем его брови удивлённо поползли вверх. — О, нет-нет, ты что! К счастью, меня никто не изнасиловал, если ты об этом. Вряд ли я сейчас сидел бы тут и так спокойно с тобой разговаривал.

Никита подался вперёд, достал из пачки сигарету и закурил, потом открыл бутылки с виски и вином и разлил их по бокалам.

— Угощайся, — он кивнул на бокал с вином. — Я в полной жопе и больше всего на свете хочу напиться.

Я сделала несколько больших глотков. Поскорее бы вино подействовало — чтобы расслабиться и вести себя более естественно.

— За что они тебя так? — спросила я, чувствуя, как по телу разливается мягкое тепло.

— За Леру — они так и сказали, — Никита со смаком выпустил колечко дыма. — Её отец — бывший мент. Наверняка это он всё устроил. На самом деле, тем лучше для меня. После избиения мой адвокат добился домашнего ареста. И вот я дома.

Повисла неловкая пауза. Наверное, стоило сказать ему какие-то слова поддержки. Но мне не было его жаль. Тем более что не так и ужасны оказались эти побои. Наоборот, сидит и радуется, что выбрался из СИЗО. Я не смогла себя пересилить и изобразить сочувствие. Продолжала молчать, не решаясь спросить о том, как погибла Лера.

— Ты видела эти передачи, да? — Никита заговорил первым. — Знаешь, мне ведь нельзя пользоваться интернетом. Они забрали айфон, планшет, ноутбук, компьютер. Но адвокат принёс телефон с левой симкой. И я посмотрел с утра, что там про меня наснимали. Это полная жесть. Из меня сделали монстра.

Я с трудом удержалась от довольной улыбки. Мне удивительно везло: сначала эта неожиданная встреча в подъезде, потом приглашение в гости, а теперь он сам подвёл беседу к нужной теме.

— Расскажи, что случилось в ту ночь? — я поставила пустой бокал на столик и забралась с ногами в кресло.

— Вообще я не должен ни с кем обсуждать это, — задумчиво произнёс Никита, потрогав кончиками пальцев разбитую губу. — Так говорит адвокат. Но ведь мне нечего скрывать. Я ни в чём не виноват. И ещё, мне кажется, тебе можно доверять. Я помню, ты хорошая девушка. Жаль, что мы так мало общались.

Последнюю фразу он произнёс буднично и формально. Я почувствовала пульсацию в висках. «Пропусти мимо ушей, не реагируй, — мысленно взмолилась я самой себе. — Думай о задании, прошлое осталось в прошлом». Я потянулась к сигаретам, надеясь покурить и успокоиться. Но на полпути остановилась и, не сдержавшись, нервно хохотнула:

— Жаль? Забавно.

— Да, — как ни в чём не бывало продолжил Никита. — Было весело.

— Весело, — злым эхом повторила за ним я и всё-таки закурила. — Мы переспали, а потом ты исчез. Хотя перед этим обещал позвонить, сказал, что я тебе нравлюсь и всё такое. И что тут весёлого?

Никита призадумался. Словно пытался что-то вспомнить, и воспоминания явно давались ему с трудом.