Книга Дикие глаза, страница 96 – Элси Сильвер

Со Скайлар сложности не кажутся такими уж сложными.

Мы не разговариваем, переворачивая каноэ обратно; мы работаем в унисон, даже не прилагая усилий. Плывем обратно к берегу, мокрая одежда тяжело свисает с наших конечностей.

Судя по воцарившемуся тяжелому молчанию, я, возможно, растерзал Скайлар Стоун в первый и последний раз за этот вечер. Я ощупал ее всю, и теперь она изо всех сил пытается застегнуть лифчик.

— Вот, дай мне. — Я обхожу каноэ на берегу и жестом показываю ей, чтобы она отвернулась от меня.

Ее широко раскрытые глаза встречаются с моими, и она медленно отворачивается, перекинув волосы через плечо. Я провожу рукой по ее спине, начиная с талии джинсовых шорт, пальцы проникают под плотную ткань футболки.

Ее тело вздрагивает, когда мои пальцы скользят вверх по позвоночнику. Но мы оба знаем, что на улице не холодно.

— Ты не обязан этого делать.

Она собирается отойти, но я протягиваю свободную руку, хватая ее за бедро, чтобы удержать ее рядом.

— Я расстегнул его, и будет справедливо, если я положу его туда, где нашел.

Все, что я получаю в ответ, — это кивок. Моя вторая рука присоединяется к первой под ее рубашкой, и я быстро расстегиваю застежку. И все же, к тому времени, как я заканчиваю, я чувствую, что запыхался.

— Спасибо, — шепчет она, оглядываясь на меня через плечо с миллионом вопросов в глазах.

— Конечно. Сюда. — Я указываю подбородком влево вдоль береговой линии, когда мы поднимаем каноэ и идём по грубому песку босиком. К счастью, мы больше плыли, чем гребли, и не слишком далеко ушли от моего участка.

Мы идём не спеша, обходя большие камни и брёвна. Оба погружены в свои мысли, мы не разговариваем. Пару раз она шипит, когда становится трудно передвигаться босиком. Но за этим следует короткое “Я в порядке!” или “Просто продолжай идти”.

Я так и делаю. И когда мы возвращаемся к дереву, на котором любит сидеть Олли, я ненадолго останавливаюсь и смотрю на него, чтобы дать нам перевести дыхание. И все же у меня сжимается грудь.

Как и в любой другой момент до сих пор, Скайлар видит меня насквозь.

— Будет приятно, если он вернётся завтра.

Я резко вдыхаю, застигнутый врасплох тем, как она прочла мои мысли. Я оглядываюсь на неё через плечо. Серебристый лунный свет освещает изгиб её губ, когда они растягиваются в мягкой улыбке.

Упоминание о завтрашнем дне заставляет меня осознать, что нам нужно поговорить. Особенно после того, что только что произошло на лодке. То, что мы сделали. То, что я сказал.

Поэтому я наклоняю голову, показывая, что мы можем поставить каноэ здесь. Оно будет в порядке, если мы прислоним его к берегу на ночь, и у меня будет хороший повод завтра днём взять детей на рыбалку. Провести с ними время на воде.

Бог знает, что после этого сильного, внезапного приступа тоски по ним я, наверное, сделаю всё, что они захотят.

Спрятав лодку, мы заталкиваем ноги обратно в ботинки, которые оставили на берегу, и я веду Скайлар по короткой тропинке к пологому склону лужайки.

Я считаю до десяти, прежде чем решаюсь что-то сказать. Я нечасто испытываю трудности с подбором слов — обычно мне больше хочется заткнуть рот, — но эта женщина выбивает меня из колеи самым непривычным образом.

Затем мы оба одновременно начинаем говорить.

— Итак, насчёт завтра…