Онлайн книга «Дикие глаза»
|
Ее губы подрагивают, но она не отрывается, глядя на черную воду и возвращаясь к главному бару, где она отказалась выпить, потому что он был слишком хорошо освещен. Здесь есть и другие люди за столиками, но они не удостаивают нас ни единым взглядом. Заставил ли я ее пойти со мной выпить? Может быть. Но лучше ли это, чем если бы она сидела в бунгало, размышляя о том, не сломан ли у нее нос? Определенно. Именно этим она и занималась, когда я пришел ее проведать. Скайлар снова поднимает руку и проводит подушечкой пальца по переносице. — Ну, по крайней мере, теперь, когда таблоиды будут говорить, что я сделала хорошую пластику носа, они будут говорить правду. — Тебе не нужна пластика носа. — Тебе стоит написать об этом статью. Или, может быть, написать об этом в твиттере. Люди с удовольствием принимают непрошеные мнения обо мне. Она говорит это так, будто это шутка, но мне не кажется это особенно смешным. — Зачем ты читаешь это дерьмо? Она выпрямляется, вскидывая подбородок. Трудно разглядеть ее глаза из-под шляпы, но я не сомневаюсь, что сейчас в них плещется вызов. Она не та мягкотелая любимица СМИ, которую все узнали. Нет, в Скайлар есть край, который кто-то пытался замаскировать красивыми красками и занавесками. Но я все равно вижу это. И мне это нравится. — Это часть моей работы — знать, как меня воспринимают в СМИ. Я нахмуриваю брови. — Нет, это буквально не так. И кого волнует, что они говорят о тебе? Они правы? Они тебя знают? Да пошли они. Ее янтарные глаза расширились от этого. — Я знаю тебя меньше сорока восьми часов, а ты уже дважды упомянула таблоиды. Остановись. Смотреть. Да пошли они. — Это трудно. — Ее голос теперь шепот. — Я как будто знаю, что все это будет выдуманным и злобным, но все равно проверяю, просто чтобы знать, что говорят. — Новость: люди будут говорить это независимо от того, читаешь ты это или нет. Зубы клацают по подушечке нижней губы, когда она коротко кивает. — И от того, что ты смотришь, это не становится правдой. Так в чем же смысл? Скайлар снова отводит взгляд, но на этот раз не для того, чтобы рассмотреть окружающую обстановку. Она избегает смотреть мне в глаза. И я не хочу, чтобы она так себя чувствовала, поэтому бросаю. — К тому же, твой нос не сломан. Я могу сказать. Не нужно делать пластику носа. — О, ты теперь доктор? — огрызается она в ответ. Я просто смеюсь. Мне нравится, когда она выпускает когти. По-моему, она больше похожа на настоящую Скайлар. — Нет, но я уже один раз сломал свой и два других. К тому же я предложил отвезти тебя в скорую, а ты сказала, что не хочешь, чтобы тебя узнали, так что я — самый близкий к тебе эксперт. У нее отпадает челюсть, и она кладет ладони на металлический стол. — Ты сломал носы двум людям? Я скрещиваю руки и ухмыляюсь ей в ответ. — Насколько я знаю. Пара человек сбежала, прежде чем я смог выяснить это наверняка. — Почему? Теперь я потираю подбородок и смотрю на воду. — Наверное, в детстве я был немного буйным. Мне нравилось учить уроки с помощью кулаков. Я это перерос... в основном. Край шляпы затеняет ее лицо, и я вижу, что она собирается что-то сказать, но тут к нам подходит официантка и прерывает ее. — Уэст, дорогой. Как поживаешь сегодня? — Дорис прижимает поднос к бедру и ухмыляется, глядя на меня с выбитыми табаком зубами и завитыми волосами, которые вышли из моды несколько десятилетий назад. Она смотрит на меня так же, как и раньше, с тех пор как я пробрался сюда несовершеннолетним. |