Книга Дикие глаза, страница 10 – Элси Сильвер

Пока Уэстон Белмонт не появляется из ниоткуда и не пугает меня до чёртиков.

Должно быть, я отвлеклась и не заметила, как он обошёл мою машину, потому что его большие мужские руки уже здесь, он опирается на моё окно и смотрит на меня.

— Ты так и будешь сидеть здесь весь день? — спрашивает он, а Черри кричит: «Уходи!»

Он резко поворачивает голову, чтобы посмотреть на неё: чёрный клюв и голубовато-серые перья с красными вкраплениями у хвоста. — Что это?

— Ты имеешь в виду, кто это? Это мой попугай. Черри.

Он дважды моргает, прежде чем выпалить:

— Она грубая.

Я не могу удержаться от смеха.

— Ты даже не представляешь.

— Она грубиянка, — добавляет Черри насмешливым голосом, который заставляет меня поджать губы и поморщиться.

— Прости. У нее обширный словарный запас, а о ее болтовне ходят легенды.

Все, что делает мужчина, — это смотрит на мою птицу, нахмурив брови, а затем качает головой. Затем, отходя, он постукивает рукой по крыше моей машины.

— Верно. Ну, офис там. — Он указывает большим пальцем себе за плечо. — Я могу представить тебя, если хочешь. В противном случае, я пойду своей дорогой.

— Уходите! — Говорит Черри. Снова.

Я морщусь, открывая дверь и выходя наружу. Уэстон не отходит. Он остаётся на месте, возвышаясь надо мной. Его футболка обтягивает тело так, как не могут позволить себе городские парни. Мой взгляд снова падает на дыру в ткани на его левой груди и на золотистую кожу под ней. Золотистую кожу мужчины, который проводит время на улице без рубашки.

Я родом из страны бледной кожи и автозагара, так что есть что-то завораживающее в том, что может быть под хлопковой тканью. Я подавляю желание просунуть палец в отверстие, чтобы убедиться наверняка.

Но мужчины — особенно мужчины, которые привлекают моё внимание, как этот, — последнее, что мне сейчас нужно в жизни.

Я сглатываю и даю обет безбрачия, потому что член не поможет мне выбраться из затруднительного положения. Затем я поднимаю взгляд на его ярко-голубые глаза. Они такие выразительные, что, если бы он не стоял передо мной, я бы усмехнулась и пренебрежительно заметила, что любой может сделать такие глаза с помощью фотошопа. Всё можно изменить, чтобы выглядело определённым образом. Ничего не реально.

Но его глаза реальны.

Он реален.

Я прочищаю горло, понимая, что слишком долго пялюсь на него.

— Ну, я бы не стала говорить так, как Черри. Но, по правде говоря, ты и так сделал для меня сегодня более чем достаточно. — Я мягко улыбаюсь, наблюдая, как он смотрит на меня с таким напряжением, что мне становится не по себе. — И это то, что я должна сделать сама, — быстро добавляю я, кивая, скорее для себя, чем для него.

Взгляд мужчины опускается на мой рот, и я поджимаю губы.

— Я—

— Уходи! — Моя гребаная птичка прерывает меня. Я люблю Черри, но, черт возьми. Иногда…

Иногда она становится маленькой собственницей.

И я не уверена, что хочу, чтобы он уходил.

Уэстон улыбается, не отрывая взгляда от моих губ, и издает легкое кудахтанье.

— Хорошо, Черри. Я понял тебя. Я ухожу, я ухожу. — Он отступает на шаг, подняв руки в знак капитуляции.

Мне почти хочется обнять его, прежде чем он уйдёт, а я никогда не считала себя любительницей объятий. Я выросла без физической привязанности, по крайней мере, за закрытыми дверями. На людях мои родители без колебаний обнимали меня за плечи или предлагали обнять их, когда работали камеры. Привязанность была показной.