Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 17, страница 22 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Получится-получится! — услышал я голос микробиолога Романовского. — Сыворотка должна ослабить штамм, и тогда…

Из рации послышался безудержный галдёж Романовского, с которым тут же начал спорить Сорокин. Я почувствовал, как заломила голова, и прервал связь. Здесь всё равно есть камеры. Они смогут проследить за мной даже без голосового контакта.

Я снял костюм, ввёл себе последнюю сыворотку и присел на пол, чтобы приступить к медитации. А чем мне ещё занять себя в ближайшие сутки? Нужно восстановить утраченную ману. Дать организму приступить к самодиагностике. Если выяснится, что я всё же заразился, мне понадобятся силы, чтобы себе помочь.

Я закрыл глаза и погрузился в медитативный сон.

Однако прочувствовать его мне так и не дали. Сорокин не успокаивался. Продолжал вызывать меня до тех пор, пока я ему не ответил.

— Анатолий Викторович, сколько можно? — устало вздохнул я. — Вы же прекрасно видите, что я медитирую. Это помогает мне успокоиться.

— Я всё понимаю, доктор Кацураги. Но не целые же сутки! Вы уже двадцать семь часов сидите неподвижно, — заявил он. — Я начал беспокоиться, что вы умерли прямо в этой позе!

Стоп, что? Двадцать семь часов? Я ведь только что закрыл глаза. Такого раньше не случалось.

— Я не заметил, как пролетело время, — признался я. — Наверное, заснул. Вымотался после перелёта.

Пришлось немного приврать. Хотя я и сам не знал причин столько долгой и глубокой медитации.

— Как ваше самочувствие? Есть какие-нибудь симптомы? — поинтересовался главный инфекционист.

— Пока что всё в порядке, — недолго подумав, ответил я. — Даже прилив бодрости чувствую.

— Ясно, значит, переходим к плану «Б». Подойдите к окошку, которое находится около раковины. Сейчас запустится конвейер, и мы передадим вам тест на «Фебрис-12», — произнёс Сорокин.

— Стойте-стойте, а что случилось с нашими коллегами? С теми тремя, которым я ввёл сыворотку? — спросил я.

Сорокин не отвечал мне почти минуту. Затем рация вновь включилась, и коллега произнёс:

— Завидую качеству вашего сна, доктор Кацураги. Мы уже всех вывезли отсюда. Они пришли в себя, сдали тесты, и они показали отрицательный результат. Не знаю, как это возможно. Романовский сейчас голову ломает у себя в лаборатории. Всё прошло даже лучше, чем он предполагал. Каким-то образом мы не просто ослабили штамм, мы его уничтожили! А пострадавших врачей перевезли за пределы научно-исследовательского лагеря. Дальше ими будут заниматься другие специалисты.

После пробуждения я едва мог сопоставить все полученные факты. Выходит, что я проспал больше суток. За это время все уже выздоровели и…

Что же это получается? Сила «генетического анализа» напрочь стёрла все микроорганизмы? А если задуматься, всё вполне логично… Скорее всего, мой план удался, но я в процессе потратил так много магии, что мой организм буквально впал в спячку. Хотя вариантов у меня много.

Вполне может быть, что, оказавшись на родной земле, мои магические каналы пережили перестройку, для которой им потребовалось больше времени на отдых.

Через пару минут в моём боксе раздался звук двигающегося конвейера. Хорошую систему придумали те, кто изобретал этот мобильный комплекс. Так можно передавать пациенту еду, лекарства и всё необходимое, при этом избегая прямого контакта с ним.