Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 11, страница 9 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

По моим прикидкам я только что потратил два года своей жизни. Что ж… Ничего! Самой Акико ещё явно предстоит прожить не менее пятидесяти лет. Значит, два моих года — эта маленькая плата.

В конце концов Акико уснула, а я, шатаясь, направился в свою каюту. Стоило мне упасть на свою кровать — и я сразу вырубился. Не стал даже переодеваться в сухую одежду. А смысл? За ночь лекарская магия восстановится, и я уничтожу все бактерии и вирусы, которые успели ко мне прицепиться за это время.

Спал я крайне беспокойно. Мне снились до одури сумасшедшие сны. Я перерождался заново в Индии, Америке, Северной Корее, России…

И стоило мне заглянуть в сценарий своей второй жизни в России, как меня кто-то разбудил.

— Мистер Кацураги, вы хорошо себя чувствуете? Кажется, у вас жар, — произнёс незнакомый голос на чистом английском языке.

Я открыл глаза и обнаружил, что передо мной один из матросов, которые помогали нам вчера со спасением утопающих.

Прежде чем ответить на его вопрос, я сделал то, что планировал изначально. Убил все микроорганизмы, наладил очистительную способность бронхов, а затем ударил по своему гипоталамусу, чтобы заставить центр терморегуляции снизить интенсивность лихорадки.

Уже через пару секунд мне стало намного лучше.

— Я в порядке, не беспокойтесь, — произнёс я матросу, перейдя на английский язык. — Лучше скажите, как там мои коллеги? Доктор Фукусима и доктор Акихибэ — они в порядке?

— Благодаря вашим трудам, мистер Кацураги, они уже пришли в себя. Всё в порядке. Их осмотрели другие врачи и никаких проблем не выявили… Э… Правда, есть одно «но».

Я не на шутку напрягся. Боялся, что матрос скажет, что Акихибэ Акико после гипоксии осталась слабоумной. Но всё оказалось совсем наоборот.

— Мистер Фукусима ведёт себя крайне странно, — ответил матрос. — Выглядит очень подавленным. Много пьёт. Возможно, это связано со стрессом, который он пережил прошлой ночью. Но… Если честно, многие переживают насчёт его поведения. Мне бы очень не хотелось рассказывать об этом капитану. В противном случае придётся высадить его на берегах Индонезии. И после очередной госпитализации он будет добираться до Японии уже своими силами.

— Т-с-с! — прошипел я, показав матросу указательный палец. — Не волнуйтесь. Я сам с ним разберусь. Очевидно, мой коллега просто перенервничал. Не спешите с выводами — высадка ему точно не понадобится. В Австралию он прибудет абсолютно здоровым человеком.

Матрос молча кивнул и покинул мою каюту.

Не знаю, зачем я решил заступиться за Фукусиму Ренджи. Видимо, сыграла привычка «защищать своих». Он — мой коллега. Неважно, как он ко мне относиться и как я отношусь к нему. Вчера он бросился спасать Акихибэ Акико даже быстрее меня.

Правда… Так вышло, потому что он помешал мне выпрыгнуть за борт. А в итоге сам чуть не утонул. Но теперь это уже мелочи прошлого, которые мне предстоит разобрать с ним в личной беседе. Пожалуй, именно этим я прямо сейчас и займусь.

Выбравшись из своей каюты на верхнюю палубу, я чуть не лишился зрения. Солнце светило испепеляющим светом. И это при том, что сейчас — середина января! Я почувствовал жар и был вынужден скинуть своё пальто. Жар этот исходил не от моего тела, а от солнца. Причина этой аномалии, к сожалению, была мне ясна.