Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 02, страница 24 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Значит, и давление подскочило именно из-за этого.

Я набрал Асакуру Джуна.

— Асакура-сан, выручайте, — сказал я. — Есть места в неврологии?

— Парочка есть, Кацураги-сан, что-то срочное? — спросил Джун.

Судя по интонации, Асакура не был настроен брать ещё одного пациента, но отказать он мне не сможет. Я и так сильно выручил его с Миямото Годжо.

— В приёмном отделении пациент с остеохондрозом, — ответил я. — Судя по клинике, в шейном отделе есть грыжи. Из-за них пошёл подъём давления. Нет мест в терапии, без вас не выкрутимся.

— Нет проблем, Кацураги-сан, что ж делать? Направляйте ко мне!

— Спасибо, Асакура-сан!

Я повернулся к медсестре, которая говорила по телефону с одним из отделений. Краем уха я услышал что-то об эндокринологах.

Пока Савада Дэйчи мучил пьяного мужчину, заставляя его кружиться, как звезду балета, медсестра подбежала ко мне.

— Кацураги-сан, эндокринологи отказались давать места. Дежурный врач из их отделения с горем пополам пошёл в неврологию осматривать вашего пациента, но спускаться сюда они отказались.

Проклятье! Остаётся надеяться, что Кондо Кагари смог перевести в хирургию мужчину с желудочно-кишечным кровотечением.

Я позвонил Кагари, ответил он почти что моментально.

— Да, Кацураги-сан? Я как раз закончил с обходом! — похвалился он.

— Что? Уже? — удивился я.

— Да, я всё вам расскажу, когда подниметесь, — сообщил он.

Главное, чтобы его рассказ состоял из хороших новостей.

— Кондо-сан, что там с хирургами? — спросил я. — Пациента забрали?

— Да, только что! — ответил он. — Санитарки уже готовят койку.

Значит, свободных коек у нас — две штуки. Придётся забить терапию до отказа.

— Госпитализируем обоих к нам, — сказал я медсёстрам.

— Кацураги-сан, вы уверены? — забеспокоилась медсестра приёмного. — А если привезут новых больных?

— Значит, будем класть в коридоре! — послышался голос из-за моей спины.

В приёмное отделение вошёл Накадзима Хидека.

— Делайте, как говорит Кацураги-сан, — велел заведующий отделением.

— Накадзима-сан? — оторопел я. — Вы что тут делаете?

— Уснуть не смог, — хмыкнул он. — Не могу оставить отделение, когда здесь творится такой кавардак. Как обстоят дела? Справляетесь?

Я кратко рассказал Накадзиме, какую терапию назначил Миямото Годжо, а также отметил, что его главная проблема — щитовидная железа.

— Блестяще, Кацураги-сан, — кивнул Накадзима, и, прикрыв рот, громко зевнул. — Признаюсь, о щитовидке я и сам не подумал. Пойдёмте в терапию, будем оформлять поступивших. Может, хотя бы по очереди поспим.

Но как только мы вошли в отделение, я понял, что у нас назрела новая проблема.

Из ординаторской вышел Кондо Кагари со стопкой историй болезни, которые он заполнял после обхода. Увидев моего стажёра, Накадзима замер.

— Это ещё что… — прошептал он, а потом взревел, как горный медведь. — Я же просил! Кто допустил стажёра к моему отделению⁈

Наша дальнейшая судьба зависела от обхода Кондо Кагари. Если он где-нибудь допустил ошибки — Накадзима нас по стенке размажет.

А Кондо Кагари не мог не накосячить. И я только собирался проверить назначения, до того как их бы получили пациенты…

— Кацураги-сан, я требую объяснений! — проревел Накадзима Хидеки. — Что Кондо-сан в одиночку делает в терапевтическом отделении? Только не говорите мне, что он проводил обход…