Книга Смерть Созданиям Сумрака: Расцвет, страница 102 – Александр Вольт, Ричард Рубин

— Да ладно заливать-то!

Катя нахмурила густые брови.

— Что заливать? При себе у меня только фляжка походная. Она старая, но крепкая вроде, не протекает. Не понимаю тебя.

— Я тоже не понимаю иногда, — призналась Софа, — он со странностями парень, но это ничего.

Я скривился. Ну вас обеих к черту, тоже мне, барышни-крестьянки неразумные.

— Ладно, проехали.

— Куда? — встревожилась Катерина.

— Мы на месте вроде стоим, Витя, ты чего? — добавила Софа.

Честное слово, мне уже не молоко за мои физические и мысленные усилия должны давать, а целый продуктовый заказ. Чтоб я стресс заедал и тоску.

— Раз. — Катерина загнула палец. — Дирижабль действительно падал — я это знаю, потому что отец моей подруги ездил туда завалы разбирать — своими силами местные не справлялись. Потом после этого и пришел указ вообще на дирижаблях больше не летать. Столько людей без работы осталось!

Вот опять аргумент в пользу прогресса. Нынче у нас безработица меньше одного процента, так что бюро по трудоустройству не расформировывают только потому, что и в них тоже кто-то рабоать должен.

— Ладно, в это поверю, но… кому, нахрен, нужны искусственные кошки?

— А что в них плохого? Абсолютно такие же, как и обычные, только поить-кормить не надо и соплями не обвесишься, аллергии никакой.

— Бред, — снова повторил я

А вампиры не бред? Обновление организма, которое тебе провели — не бред? Плетение Софии — не бред?

Да все это бред. Вполне возможно, что я просто башку себе раскроил и теперь лежу там в Сашкиной лаборатории, истекаю кровью и предсмертное видение смотрю. Очень затяжное. Может, сейчас на самом деле прошло секунд пятнадцать.

Нет. Не буду себя в гроб загонять раньше времени. Тут и так дохрена желающих это сделать.

На столе обнаружилась пухлая книжка. Я взял ее, бегло перелистал и почувствовал… что-то странное. Вроде бы французы это называют “дежа вю”. Почерк очень напоминал отцовский. Я давно его не видел, конечно, но под ребрами аж засвербило. Папкин это почерк. Округлый такой, очень… основательный. Дневник был странный; хаотичный, все вразнобой. Без литра пива не разберешься. На одной странице могли соседствовать рецепт курицы в духовке и какая-нибудь квантовая формула.

Ну так папа-то наверняка разбирался в своих записях. А для чужого прочтения они и не предназначены. Невежливо чужие дневники читать, знаешь ли.

Я не то чтобы устыдился, но читать больше не стал. Все равно не разберу сейчас ничего толком. Тем более, меня ждет…

Сундук стоял, молчаливый и блестящий. Он, черт возьми, смотрел на меня. Подмигивал бликами от лампочки на крышке. Словно говорил “Ну-ка, Витек, давай силами померяемся”.

— Ладно, померяемся, уговорил. — сказал я и направился к сундуку. Присел возле него на корточки и потянулся к кодовому замку. — Что же ты прячешь, чумадан?

Как только мои руки коснулись холодного металла, в ушах раздался пронзительный писк. Я поморщился и попытался сосредоточиться, но монотонное “иииииииии” не давало собрать мысли в кучу. Вот щас бы не помешала глушилка от БАСКО. И с чего это вдруг нахлынуло так? Даже перед глазами все плывет…

Наверное, последствия той самой недавней операции по внедрению МОЩИ в мой организм.

Картинка обрела четкость, а вместо писка появился голос Софы.

— Как ты это сделал?