Книга Первый Инженер Император. Новые рубежи ІІІ, страница 44 – Александр Вольт

— Жизнь, Ваше Величество, заставила меня загрубеть, — ответил я спокойно, отпуская его руку. — Слабые здесь не выживают. Вы это знаете не хуже меня.

Романович коротко кивнул, и в его глазах я увидел проблеск понимания, возможно, даже уважения. Он ценил силу, прямоту и отсутствие страха. Я угадал. Он увидел во мне не просто ученого-книжника, а человека, способного постоять за себя и свои убеждения. Это было хорошее начало.

— Что ж, не будем терять времени, — сказал Долгоруков, прерывая нашу дуэль взглядов. — Остров ждет.

Мы направились к лодкам. Цари сели в одну, жестом пригласив меня присоединиться. Их телохранители остались на берегу, наблюдая за нами. Лодка отчалила, заскрипели уключины. Мы медленно двинулись по неспокойной воде к видневшемуся вдалеке острову Красная Рель.

Остров встретил нас тишиной и прохладой. Деревянная беседка, стол, лавки. Мы расселись за столом. Я положил на колени свой кожаный тубус, чувствуя под пальцами твердость свернутых чертежей. Мой главный козырь в этой игре.

— Итак, — начал Романович без долгих предисловий, его взгляд был устремлен на Долгорукова. — Я обдумал наше предложение, Алексей Петрович. Союз. Дуумвират. Объединение сил для защиты и… расширения.

— И к какому же выводу ты пришел, Олег Святославович? — спокойно поинтересовался Долгоруков, делая вид, что исход ему неизвестен.

— Я согласен, — коротко ответил Романович. — Время разбрасывать камни прошло. Пора их собирать. Но… — он перевел взгляд на меня, и я снова почувствовал на себе его тяжелый оценивающий взгляд, — прежде чем мы ударим по рукам окончательно, мне хотелось бы уточнить. Конкретно. Без тумана и общих фраз. Что именно твое молодое дарование, твой… десница, — он произнес это слово с легкой иронией, — может дать нашему союзу? Кроме починки ворот и громких хлопушек, разумеется.

Вызов был брошен. Прямо, без обиняков. Он хотел знать мою реальную ценность, хотел убедиться, что я не просто фаворит Долгорукова, а действительно полезный актив.

Я ждал этого вопроса. И был готов.

Я посмотрел на Романовича спокойно, выдержал его взгляд.

— Я ждал этого вопроса, Ваше Величество, — мой голос прозвучал ровно, без тени волнения. Я аккуратно положил тубус на стол. — Позвольте кое-что показать.

Я откупорил крышку и извлек из тубуса большой лист плотного пергамента — тот самый чертеж плана электрификации Великого Новгорода. Аккуратно развернул его на столе, прижав края камнями, которые предусмотрительно захватил с берега из Хмарского.

— Это, — я ткнул пальцем в план, обводя взглядом обоих царей, — то, что сделает и Новгород, и Руссу — центрами силы. И не только. Это первый шаг к возрождению того, что было утеряно.

Романович нахмурился, вглядываясь в хаос линий и символов на карте. Его лицо выражало полное непонимание.

— Что это? — спросил он недоуменно. — Я вижу карту Новгорода, но ряд этих линий мне ни о чем не говорит.

— Это электрификация города, — пояснил я терпеливо, но без снисходительности. — Электричество. Энергия. Сила, которая когда-то двигала наш мир. Сила, благодаря которой на улицах может быть ночью светло, словно днем. Сила, которая может приводить в движение станки, насосы, механизмы. Сила, которая может стать основой для нового оружия, новых средств связи, нового уровня жизни.