Книга Первый инженер императора I, страница 90 – Александр Вольт

А вот второе письмо было еще интереснее. Печатка, оставленная на сургуче, была мне незнакома. И тому была лишь одна причина: в этом мире я не видел ни единой печатки, кроме монарха Долгорукова.

Без единой подписи об адресате или еще каких-либо опознавательных символов.

Эта же печать изображала огромного нетопыря с распахнутыми крыльями и раскрытой пастью. Он смотрел своими глазами-бусинками прямо на адресата, словно хотел вцепиться прямо в нос.

Не давая ему такой возможности, я аккуратно поддел краем пальца конверт и вскрыл. Внутри ожидаемо лежал лист бумаги, но в глаза мне сразу бросился тот факт, что это был не просто старинный местный пергамент, а лист в клетку, исписанный с обеих сторон почерком человека, который явно любил себя.

Иначе объяснить я не мог кому еще могло прийти в голову так надменно-ровно выводить букву за буквой, словно наслаждаясь этим процессом и собственным величием.

— Нарцисс, — только и сказал я, разворачивая послание.

И кому я вдруг понадобился из высшего сословия так резко, если и знаю я только Алексея Петровича и монарха Романовичей, да и то заочно. Если бы не осада, то и не знал бы ничего о его существовании.

От листа пахло цедрой апельсина и… чем-то слегка сладковатым, отдаленно напоминающее мне запах винограда или вина. Да, скорее второе.

И, черт возьми, я бы понял, если бы такими вещами в нашем мире кичилась женщина, то я бы даже не удивился, но судя по почерку писал однозначно мужчина. Даже несмотря на красоту его каллиграфии.

Однако мысль, что это лист в клетку прямиком из моего времени не давала мне покоя. Откуда он у отправителя? И тем более в состоянии близком к идеальному.

❦ ════ •⊰❂⊱• ════ ❦

Его Благородию

Барону Александру Кулибину.

Приветствую Вас, дорогой барон!

Вы меня не знаете и это нормально. Мир за последние несколько лет очень изменился, однако буквально не так давно моя фамилия являлась воплощением страха и звучала, как приговор. И я хотел бы сказать, что все знаю о Вас, но тогда мои слова будут ложью, а ложь я ненавижу до глубины души.

Поэтому я откровенно говорю: вы для меня загадка, Александр. Я нарочно не пишу Кулибин, поскольку однозначно уверен, что чистокровным Кулибиным вы не являетесь, поскольку ничего такого в семейном древе нет. А Андрею Михайловичу можете передать мой глубочайший поклон. В свое время он сделал правильно решение и забыл о том, чем занимался в молодости.

Моя настоятельная рекомендация, если хотите, чтобы старик до дожил без проблем до конца дней — пускай он и дальше кует свои детальки для города.

А к Вам, дорогой барон, у меня иное предложение: забудьте о том, чем вы занимаетесь. Забудьте о планах, о путешествиях и о Науке в первую очередь. Возможно, что Император пал, но его Дело будет жить, покуда жив я сам.

Я повторюсь, Александр, я ничего не знаю о Вас, но обязательно докопаюсь до истины. И чтобы не портить отношения, просто напомню:

Свобода — это рабство. Незнание — это сила. Война — это мир.

p.s. Не будите лихо, пока оно тихо.

С наилучшими пожеланиями,

Граф Виктор Цепеш

❦ ════ •⊰❂⊱• ════ ❦

Пожалуй, долгих секунд сорок я молча смотрел на письмо и на черное невнятное пятно, которое было оставлено под именем и фамилией автора послания. То, что это летучая мышь я понял не сразу. Только сопоставив фамилию и печатку на сургуче.