Книга Архитектор Душ VIII, страница 59 – Сергей Карелин, Александр Вольт

— Процедура стандартная. Запись ведется. Гаджеты, шпаргалки, разговоры — дисквалификация. На столах только ручки и ваши знания.

Затем он начал перекличку. Громов. Здесь. Петров. Здесь. Сидорова. Здесь.

Когда с формальностями было покончено, Станислав Игоревич взял со стола плотную пачку конвертов.

— Сейчас каждый из вас подойдет и вытянет билет. В билете три вопроса. Два теоретических и одна ситуационная задача. Время на подготовку — три часа. Ответы писать развернуто, четко, без воды.

Он вызвал первый ряд.

Я сидел и скучающи ждал своей очереди.

Интересно, что же там будет? Снова вопросы про ноздри? Или про то, сколько пальцев на руке?

Если это повторится, я, наверное, просто встану и уйду. Потому что участвовать в фарсе второй раз — это уже неуважение к самому себе.

— Третий ряд, прошу.

Я встал и подошел к кафедре. Передо мной веером лежали белые конверты, абсолютно одинаковые.

Я протянул руку. Пальцы на мгновение зависли над столом.

— Хмхмхм… — протянул я, пытаясь выбрать какой конверт мне милее с виду. Определившись, взял крайний правый.

— Место двенадцать, билет номер семь, — монотонно произнес экзаменатор, отмечая что-то в ведомости.

Я вернулся на место, после чего сел и положил конверт перед собой.

Вокруг слышался шорох вскрываемой бумаги. Кто-то тяжело вздыхал, кто-то начинал строчить с пулеметной скоростью.

Я подцепил клапан конверта пальцем и разорвал его, достал сложенный вдвое лист бумаги, после чего развернул и взгляд упал на текст.

Билет № 7.

Ранняя и поздняя посмертная диагностика странгуляционной асфиксии. Макро- и микроскопические признаки. Дифференциация прижизненного и посмертного наложения петли.

Особенности осмотра трупа при подозрении на электротравму. «Электрические метки», гистологические изменения тканей, признаки металлизации.

Ситуационная задача: Труп мужчины 40 лет обнаружен в лесополосе. Гнилостные изменения выражены (частичное скелетирование). На костях черепа имеется дырчатый перелом диаметром 9 мм с воронкообразным расширением внутрь… Опишите алгоритм действий эксперта, предполагаемый вид травмирующего предмета и дистанцию воздействия.

Я моргнул. Прочитал еще раз.

Затем откинулся на спинку стула, и на моем лице сама собой расплылась широкая довольная улыбка.

Ну наконец-то.

Видимо мои возмущения где-то там выше были услышаны и именно поэтому я видел, что меня ждала настоящая судебная медицина. То, в чем я разбирался лучше всего. То, чему я посвятил две жизни. То, что я любил.

Передо мной лежали вопросы, требующие знаний, логики и опыта. Никакого бреда, никакой философии. Чистая наука о смерти.

Я взял ручку, поудобнее перехватил ее пальцами и склонился над листом ответов.

Мир вокруг исчез. Исчезли другие коронеры, исчез Симферополь, исчезли интриги и подозрения. Остался только я, лист бумаги и увлекательная задача объяснить, как отличить прижизненную странгуляционную борозду от посмертной.

Пожалуй, в этот раз я не буду жалеть, что потратил время, чтобы сюда ехать.

— Время пошло, — сухо объявил Станислав Игоревич, нажав кнопку на таймере.

В аудитории воцарилась тишина, нарушаемая лишь шорохом ручек по бумаге и редким покашливанием. Я глубоко вдохнул, еще раз пробежался глазами по билету и начал писать.

Первый вопрос…