Книга На эту и на ту набью тебе тату. Том 2, страница 87 – Игорь Алмазов

Ух ты, поэты во всех мирах одинаково капризные. Это для меня не новость, в прежней жизни я навидался таких ранимых натур, которые были готовы оскорбиться от любого пустяка. Но всё-таки такую резкость было видеть странно.

— Прошу прощения, но это тоже сотрудник моей мастерской, — я сказал это довольно быстро, потому что Вика уже возмущённо набрала в грудь воздух. — И она останется здесь.

— Ладно, — вздохнула та. — Пусть так.

Вика фыркнула и демонстративно села за стол.

Я надел монокль и принялся за работу.

«Начертание активно».

«Обнаружено глубокое творческое истощение носителя. Доступно присвоение свойства».

Работа предстояла кропотливая. Развёл белый пигмент, проверил иглу. Для такой работы нужна была игла потоньше. Работать предстояло медленно, но и слишком топтаться на одном месте не стоило.

Работа с белым цветом имела ряд своих особенностей. Во-первых, при работе с эскизом был риск «загнать» трансферную краску под кожу. Из-за этого татуировка будет не белой, а голубой или синей. Чтобы избежать этого, я перевёл эскиз, а затем стёр его почти полностью. Оставил заметными еле видные линии.

Белый пигмент надо было набивать плотнее, и ложился он тяжелее из-за крупных частиц дисперсии. Во время работы краску было почти не видно, из-за того, что кожа краснела. Так что предстояло работать практически вслепую, доверяясь больше руке да чутью, чем глазу. Тут не было привычного контраста чёрного с кожей, и всякое движение приходилось выверять памятью, держа в голове весь рисунок целиком.

Белый пигмент наносят более плотно и насыщенно, чем другие цвета, особенно на смуглую или тёмную кожу. Из-за этого мастеру требуется больше времени и усилий для одного прохода.

Заживала она тоже особенным образом. Дольше обычного, это во-первых. Во-вторых, сразу после сеанса она обычно имела розовый или жёлтый цвет. А со временем уже становилась белой. Кожа на месте татуировки немного возвышалась, создавая эффект шрама.

Самое главное в уходе, после нанесения её надо тщательно скрывать от солнца, наносить солнцезащитный крем. Иначе она тоже может пожелтеть.

Я объяснял всё это Лизе, пока делал работу. Слушала она внимательно, иногда задавала вопросы. Через два часа работа была завершена.

«Начертание завершено».

«Оценка: Отлично».

«Анализ работы: композиция гармонична, линии чистые. Эмоциональная точность высокая: намерение клиента и исполнение мастера совпадают. Итог: зачтено».

«Татуировке присвоено свойство: „Вдохновение“. Эффект: постепенное возвращение творческой энергии, обострение образного мышления, способность находить неожиданные художественные решения. Действие нарастающее».

«Прогресс: 15/20».

Пятнадцать из двадцати. До следующего ранга оставалось всё меньше работ.

Закончив, я протёр кожу и осторожно осмотрел свою работу. Сейчас рисунок был почти не виден, лишь чуть припухшая, покрасневшая кожа. Но со временем она проявится.

— Готово, — сказал я. — Ещё один момент, таким работам часто нужна коррекция. Поэтому через месяц придёте ко мне ещё раз, я посмотрю, надо ли где-то добавить цвет.

— Так хотите меня увидеть снова, — легко улыбнулась Лиза. — Я поняла, приду.

За моей спиной послышался длинный выдох.

— Красивая работа, — добавила Лиза. — Теперь я уверена, моя муза вернулась.