Книга Мечников. Том 10. Битва умов, страница 48 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Именно поэтому во многих странах существуют специальные профилактические программы, которые помогают выявлять онкологию на ранних стадиях у потенциально здорового населения.

Особенно невероятной эффективности в моём мире достигла Япония. У них рак желудка встречается настолько часто, что японцы в итоге создали комплекс обследований, благодаря которому обнаружение опухоли на ранних стадиях достигло немыслимых цифр. Поэтому там рак желудка выявляется и лечится очень быстро.

Хотел бы и я организовать нечто подобное здесь, но пока что сделать это не смогу. Эту задачу я должен буду передать следующим поколениям лекарей. С текущим уровнем технологий никаких профилактических программ у меня создать не выйдет.

— Я думаю, что у тебя рак желудка, дядя, — сказал я.

— Чего-чего желудка? — переспросил он. — Это что, какой-то паразит?

Видимо, Олег решил, что у него в желудке сидит настоящий рак.

И неудивительно. Путаница с названием этой болезни существует уже практически два тысячелетия. Изначально это заболевание описывал сам Гиппократ. И назвал он его, как ни странно, крабом, поскольку неравномерные ткани опухоли чем-то напоминали ему это животное.

Однако вскоре его труды начали переводить на другие языки, в итоге перепутали краба с раком, и это название закрепилось окончательно. Хотя в греческом и латинском языках используются оба понятия равноценно.

— Помнишь, я тебе как-то рассказывал, что мне приходилось лечить брата нашего главного лекаря из Хопёрска? Кораблёва? — спросил я.

— Ну, ты говорил, что у него была какая-то дрянь в лёгких. Погоди… Кажется, ты тогда вырезал ему часть дыхательной системы, верно? — настороженно спросил Олег.

— Именно. У него был рак лёгких. А у тебя я подозреваю рак желудка. Но пока что это лишь подозрения. Мне нужно, чтобы ты сейчас же пошёл со мной в госпиталь. Я проведу обследования.

— А если диагноз подтвердится? — боязливо спросил Олег.

— Тогда мне придётся тебя оперировать, — признался я.

— То есть — резать? — стиснул зубы он. — Проклятье! А лекарской магией никак нельзя эту дрянь убрать? Обязательно разделывать меня, как свинью?

— Дядь, успокойся, — попросил я. — Возьми себя в руки и делай, как я говорю. Лекарская магия тут бессильна. Она будет помогать мне в процессе, но операцию проводить придётся в любом случае.

Хирургию здесь никто не понимал. Её даже не создали из-за того, что почти любую патологию могла исцелить лекарская магия. Но, к сожалению, с раком такой трюк не пройдёт.

— Хорошо, — вздохнул он. — Я сейчас поднимусь к Кате. Придумаю какую-нибудь отговорку. Скажу, что мне нужно уехать с тобой на несколько дней. Только пообещай, что будешь их навещать, если мне придётся лечь в госпиталь.

— Об этом мог бы и не просить, — ответил я. — Даю слово — я их не брошу.

— А если вдруг… Если вдруг у тебя не получится меня вылечить, и я отдам концы? — спросил Олег. — В этом случае тоже не бросишь?

— Этого не будет. Я спасу тебя любой ценой.

— Нет, погоди, не переводи тему. Давай представим, что у тебя ничего не вышло и…

— Я при любых обстоятельствах буду с ними. Не забивай себе этим голову. Лучше подумай о себе, — велел я.

Дядя кивнул и, поддерживая себя костылём, похромал к подъезду.

А я начал размышлять, откуда вообще онкология могла взяться у моего дяди. В теории она может настигнуть кого угодно, но, как правило, этому должно что-то поспособствовать. Хронический гастрит, язвенная болезнь желудка, заражение бактерией хеликобактер пилори. Хоть что-то из этого должно быть в списке.