Книга Мечников. Том 10. Битва умов, страница 100 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Странная всё-таки у него магия. Больше проблем, чем пользы.

— Да вы не удивляйтесь, господин Мечников, — произнёс Багрянцев. — И особо за моё здоровье не беспокойтесь. Думаю, жить мне осталось недолго.

— Именно поэтому я и хочу, чтобы вы прошли полный курс лечения под моим наблюдением, — подметил я.

— Да какой в этом смысл? — вяло пожал плечами Михаил Анатольевич. — Посмотрите на мой особняк. Видите здесь кого-то кроме меня? Нет? Вот именно. Тут больше никто не живёт, кроме меня и одного-единственного дворецкого. Я — последний представитель рода Багрянцевых. А продолжать его я не могу, поскольку не желаю, чтобы моим будущим детям передалась такая же отвратительная сила.

А я и не думал, что встречу кого-то с такой же проблемой, как и у меня. Ведь именно по этой причине я пока что откладываю женитьбу на Анне Елиной. Только я могу передать детям некротику, а Багрянцев опасается, что его потомки пострадают из-за побочных эффектов магии крови.

— Я от своих слов отказываться не стану в любом случае. Приходите в госпиталь, как будет время. Я попробую придумать, как вам помочь. Возможно, мне даже удастся исправить пагубное воздействие вашей магии на организм, — произнёс я. — Но прежде… Я хотел бы задать вам вопрос личного характера, Михаил Анатольевич. Он не касается вашего здоровья.

— Личного характера? — удивился он. — Что вы хотите узнать?

— Когда ваше состояние ухудшилось, в бреду вы начали упоминать некоего Ожегова. И очень нелестно о нём отзывались, — произнёс я. — Могу я узнать, о ком идёт речь?

— А зачем вам это? — парировал Багрянцев.

Мужчина напрягся. Кажется, он уже успел пожалеть о том, что произнёс эту фамилию. Но я не могу проигнорировать услышанное. Слишком много жизней зависит от поиска человека с этой фамилией.

Мой коллега Кастрицын до сих пор сидит в тюрьме. Император чуть не погиб по вине сектантов, которыми, по словам Архипа, руководит некий Ожегов. И больно уж странное совпадение, что эта таинственная личность тоже владеет магией крови.

Если сдавшийся сектант не солгал нам, я обязан опросить Багрянцева. Он явно что-то знает.

— К сожалению, я не имею права рассказывать вам о том, зачем мне нужен Ожегов. Но сейчас мага крови с этой фамилией ищут очень влиятельные люди, — объяснил я. — И если вы не расскажете мне правду, очень велика вероятность, что вскоре к вам явятся городовые.

К моему удивлению, Михаил Анатольевич громко рассмеялся. Не знаю, чем его так позабавили мои слова, но он аж закашлялся от приступа смеха.

— Чем же я вас так рассмешил? — нахмурился я.

— Вы явно обратились не по адресу, господин Мечников, — ответил он. — Ублюдок, которого я упоминал, уже давно мёртв. Анатолий Ожегов — это мой отец.

Вот так поворот. Только правда ли это? Или же пациент морочит мне голову?

— Но если Ожегов ваш отец, тогда почему у вас другая фамилия? — уточнил я.

— Мои родители не были женаты, — ответил он. — Я ношу фамилию матери. Она тоже была из знатного рода. Анатолий Ожегов долгое время крутил с ней роман, а после этого бросил мою мать и скрылся из виду. Он был одним из борцов с некротикой. И к счастью, некротика его пожрала. Мой отец так и не вернулся с последнего задания.

Так… Слишком много совпадений. Кто-то из свидетелей точно мне врёт. Кастрицын упоминал, что его собеседник, с которым он встретился на балу, представился бывшим борцом с некротикой. Сразу после этого разговора Кастрицын потерял над собой контроль и совершил покушение на Николая Первого. Также он упоминал, что у этого человека был шрам на лице.