Книга Мечников. Том 4. Открытие века, страница 110 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Подожди, дело ведь не только в этом, — ответил отец. — Подозреваю, ты очень мало знаешь об этой способности. Вот, по-твоему, Алексей, что такое «Обратный виток»?

— Лекарская магия с обратным эффектом. Создание патологических состояний, — ответил я.

— Верно, — кивнул отец. — Но ты не задумывался о том, как эта магия влияет на твой организм? Я ведь беспокоюсь не за других людей, а за тебя. Понимаешь?

— Хочешь сказать, что обратный виток может разрушить и мой организм? Даже если я хорошо его контролирую? — удивился я.

— Именно. Советую тебе пользоваться им только в крайнем случае. Если пока что тебя ничего не беспокоит — это прекрасно, — заключил он. — Однако в дальнейшем его эффект может накопиться и вызвать у тебя какой-нибудь недуг. Любой. Но от других лекарей, которые владели этим витком, я слышал, что сильнее всего поражается сердце.

— Спасибо за предупреждение, я прослежу, — ответил я.

И в этот же миг мою голову посетила одна мысль. Однако озвучивать её я не стал. Лучше обдумаю эту идею по дороге домой. А пока проведу вечер, общаясь с отцом. Неизвестно, когда мы ещё сможем с ним увидеться.

На следующее утро я покинул особняк Мечниковых и сел на уже привычный мне поезд «Санкт-Петербург — Астрахань».

Всю дорогу я размышлял на тему того, что сказал отец о моём сердце. Сначала я решил, что в случае чего запросто смогу определить недуг по симптомам. Но некоторые заболевания проявляют себя только на поздних стадиях. Я ведь могу упустить какой-нибудь патологический процесс, а потом его лечить будет не так уж и просто.

Да, у меня есть фонендоскоп, с помощью которого мне не составит труда регулярно контролировать сердце на слух.

Но ведь этого недостаточно.

И именно после череды этих мыслей меня и посетила великолепная идея. Как только мы разберёмся с заводом, нужно создать аппарат ЭКГ.

Электрокардиография поможет выявлять любые нарушения электрической активности сердца. Этот прибор будет крайне полезен, как пациентам, так и мне. А то мне уже, если честно, надоело тыкать пальцем в небо, когда в амбулаторию приходит человек с жалобами на боли в сердце.

Так можно и инфаркт пропустить. А если учесть, что существуют безболевые и атипичные формы инфаркта, то такую патологию без аппарата ЭКГ и вовсе невозможно диагностировать. По крайней мере, в здешних условиях.

На следующий день, добравшись до Хопёрска, я первым делом рванул на завод. Я приказал своим новым работникам начинать подготовительный процесс. До чего же я был удивлён, когда обнаружил, как кипит жизнь в некогда заброшенном предприятии.

Илья Синицын и Игорь Лебедев активно руководили процессом, не замечая, что я стою прямо позади них. Настолько мои соратники увлеклись этой работой!

— Ну что, господа? — воскликнул я, заставив коллег вздрогнуть. — Жду отчёт о проделанной работе. Как у вас тут продвигаются дела?

— О, Алексей! Вернулся! — обрадовался Синицын и хлопнул меня ладонью по плечу. — Всё путём. Рабочие уже подготовили всё необходимое оборудование для производства сульфаниламида. Можем начинать хоть сейчас!

— Можем, но без Щеблетова не начнём. Нам понадобится его криомагия, чтобы заменить кристаллизатор. А тебе, Игорь, и вовсе предстоит тяжелейшая работа. Я помню, что магических ядер у тебя много, но рисковать мы не можем. Ты участвуешь сразу в двух этапах изготовления вещества. Если в какой-то момент ты устанешь и ошибёшься с температурой, вся партия будет уничтожена.