Книга Гений Медицины. Том 5, страница 117 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Тогда я быстро, — заторопился крыс. — Мы нашли третьего фамильяра. И ты даже представить не можешь, у кого он!

Не ожидал, что они смогут отыскать третьего фамильяра так быстро. Вообще не был уверен, что третий фамильяр существует в этом городе. Но его нашли, и довольно оперативно.

— И у кого же? — поторопил я Клочка.

— У Раскольникова, — шёпотом заявил он. — Эдуарда Григорьевича.

Раскольников — это правая рука Игоря Николаевича, директора научного центра «Экспериментально». Тот самый, кто приходил к нам с Чеховым с попыткой купить мой метод лечения, чтобы он нигде не был опубликован.

Я пересекался с ним несколько раз, но не знал, какая у него магия. Раз есть фамильяр — то магический центр должен быть очень сильным.

— Как вы это выяснили? — удивился я.

— Это долго рассказывать, — махнул лапкой крыс. — Главное, что у правой руки Игоря Николаевича очень редкая магия. Создания и разрушения. Если кратко, то он может любой предмет разложить на атомы, а потом из этих атомов построить новый предмет.

Я слышал про такую магию, но ни разу не сталкивался лично. Это была поистине великая сила, две тысячи лет назад такая магия относилась к запрещённой. Ведь человек, который умел этим управлять, мог быть опасен для остальных.

— Магический центр у него заблокирован? — тут же спросил я.

Логичный вывод, а иначе он бы давно использовал магию для собственного возвышения. Хотя возможно, что Раскольников просто хорошо скрывает свои силы, чтобы не выделяться. Иначе бы власти давно им заинтересовались.

— Этого не знаю, — помотал головой Клочок. — По идее, даже с заблокированным магическим центром он может обладать достаточным потенциалом для того, чтобы владеть фамильяром.

Дело очень сильно осложняется тем фактом, что фамильяром владеет именно Раскольников. Вокруг столько аристократов, почему хозяина не нашлось среди них!

— Вы точно уверены? — ещё раз уточнил я.

— Тимофей Лукич это выяснил своей магией. А я понюхал Раскольникова, и учуял запах фамильяра, — кивнул крыс. — Всё точно.

А значит, Раскольников не так уж прост, каким хотел казаться…

— Хорошо, — я задумался. — Пока что больше ничего не предпринимайте. Я придумаю, что делать с Раскольниковым. Вы лучше займитесь котом в приюте.

— Сделаем, — козырнул Клочок. — Спасибо, хозяин.

Тимофей Лукич даже не вышел из комнаты, поучаствовать в разговоре. Чудной всё-таки старик. Но мне спокойней, что хотя бы Клочок за ним присматривает.

Навестив фамильяра с его другом, я отправился назад в клинику. Арсений уже ждал меня, нервно расхаживая вдоль лифтов.

— Константин Алексеевич, я уж думал, всё пропало! — кинулся он ко мне. — Звонили с приёмного отделения. Там врач вызвал на помощь вас, мол вы ему и до этого помогали. А вас нет! А я боялся туда идти. Вот, караулю вас тут.

Он выпалил всю эту тираду на одном дыхании.

— Давно звонили? — уточнил я.

— Минут пять назад, — посмотрев на часы, ответил ученик.

Тогда всё не так страшно. А то по его словам я уж подумал, что пациентам там около часа осмотра дожидается.

Я быстро переоделся, и мы вдвоём отправились в приёмное отделение. На помощь меня вновь позвал Хромов.

— Господин Боткин, в этот раз мои коллеги тоже посмотрели мужчину, но никто не знает, что и как делать в такой ситуации, — затараторил он. — Поэтому я позвал вас.