Книга Бывает и хуже? Том 7, страница 47 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— А вы врач? — уточнил Денис.

Нет, просто люблю трогать чужие колени и раздавать вредные советы.

— Врач, врач, — усмехнулся я. — Так, сиди, поищу лёд.

Дело это оказалось не самое простое. Кабинет медицинского работника ФОКа был уже закрыт, да и директор уже ушёл домой. Зато вахтёрша подсказала мне, что у них есть холодильник для сотрудников. И принесла оттуда немного льда. А эластичный бинт у меня был с собой.

Вернулся, обмотал лёд в полотенце и приложил Денису к колену. И одновременно принялся воздействовать праной. Ровно настолько, чтобы ослабить отёк, чуть ускорить процесс восстановления связочных волокон. Не лечить полностью — это было бы заметно, а ускорить.

Через пару минут ему стало заметно легче.

— Ух ты, это лёд так помогает? — удивился он.

— Ну да, болевые рецепторы заморозились, и теперь боль уменьшилась, — серьёзно кивнул я. — Так, давай зафиксирую.

Наложил ему тугую повязку, затем помог встать. Далее помог добраться до раздевалки и до такси. Отправил его домой, выдохнул и вернулся к своей тренировке.

Примерно в половину одиннадцатого вечера я возвращался домой. По дороге мне позвонил старший лейтенант Жаров.

— Слушаю, — взял я трубку.

— Сань, пока что по твоему эпизоду всё глухо, — честно заявил Жаров. — Опросили соседей по площадке, по этажам выше и ниже. Никто никого не видел, никто никаких подозрительных личностей не помнит. Из тех, кто дверь открыл. Камер в подъезде нет, на улице рядом с подъездом тоже нет. По похожим эпизодам в районе за последние два месяца тоже пусто, никаких аналогичных вскрытий не было. Прости, но ситуация глухарь. Дело мы оставим открытым, конечно, но честно говорю: вряд ли что-то всплывёт.

Да, по крайней мере, это честно. Но я так и думал, что полиция ничего не найдёт.

— Понял, спасибо, — ответил я и положил трубку.

Быстро же они, всего за сутки дело уже глухарём обозвали. Хотя, может, и знают, что говорят. Если все зацепки отработали, то тут уже ничего не сделаешь.

Я вошёл в подъезд, а прямо за мной забежала Алевтина Романовна.

— Сашенька, здравствуй, — всплеснула она руками. — А я вот в магазин ходила, молоко закончилось, а с утра без него как?

— Помочь вам с пакетом? — вежливо спросил я.

— Да нет, там кроме молока ничего нет, — махнула рукой женщина. — Слушай, хотела спросить, тебя друг-то твой нашёл?

Так, интересно.

— Какой друг? — тут же спросил я.

— Ну как же, вчера к тебе приходил, — ответила мать Бумагина. — Я к себе шла, а он стоял возле двери. Увидел меня, встрепенулся, сказал, что пришёл в гости. Ну, я кивнула и пошла своей дорогой.

— Алевтина Романовна, как он выглядел? — спросил я. — Особые приметы? Он не представился?

— Как выглядел… — женщина задумалась. — Высокий, худой, лет сорока. Помятый весь какой-то… Сказал, что его Тимуром зовут.

Высокий и помятый Тимур. Который явно не дурак, чтобы называть своё настоящее имя. Но по описанию всё сходится.

Сомнений нет, мою квартиру вскрыл бывший анестезиолог Горшков.

Интересный поворот!

Я изначально подозревал, что в мою квартиру проник не обычный вор. А кто-то из моих многочисленных недругов, которые успели накопиться в этом городе. И Горшков в этом списке подозреваемых стоял на первом месте, так что особо я не удивился.

— А, понял, о ком вы, — улыбнулся я Ангелине Романовне. — Тимур, точно. Он в итоге позвонил мне и выяснил, что я на дежурстве. Так что договорились в другой день встретиться.