Книга Бывает и хуже? Том 4, страница 66 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Илюшка, родители всё-таки доплатили тебе за ординатуру? — спросил Ярик. — Но вот от распределения откупиться не смогли?

— Не твоё дело, — огрызнулся Илья. — Сам-то что здесь забыл? Хвалился, что уедешь в лучшую клинику Москвы.

Эти двое явно знакомы, и явно не друзья. Хотя Савинов и мне-то не друг, хоть и периодически пытается таковым казаться.

— Раз вы знакомы, то, может, Ярослав тебе и объяснит остальное по работе? — предложил я. — Мне на приём надо.

— Сань, ну какого… — простонал Савинов. — Не буду я ничего объяснять этому придурку.

— Сам ты придурок! — огрызнулся Илья. — Сань, раз уж мы вместе начали, давай ты экскурсию до конца проведёшь. А дальше я уж разберусь.

Я вздохнул и кивнул. Показал Илье лабораторию, рентген-кабинет и прочие важные места поликлиники. Экскурсия закончилась возле его кабинета.

— Мне пора на приём, так что нового учителя ищи сам, — сказал я. — Чтобы в МИСе разобраться и вообще понять, что и как.

— Не парься, разберусь, — легкомысленно кивнул Илья. — Слушай, а вы с Яриком типа друзья?

— Нет, коллеги, — пожал я плечами. — А что?

— Да премерзкий тип, держись от него подальше, — эти слова Илья снабдил ещё одной отрыжкой.

Я хмыкнул, ничего не ответил и поспешил к себе. Пока что Илья оставил неоднозначное впечатление. Поживём увидим, что он из себя представляет.

— С гастроэнтерологом и лором в любом случае станет полегче, — заявила мне Лена, когда я вернулся в кабинет. Она часто понимала, о чём я думаю. — Хоть пациентам не надо будет к этим специалистам ездить в Саратов.

— И то верно, — кивнул я. — Ладно, давай начинать приём.

Лена вышла в коридор и позвала первого пациента. Сегодня я твёрдо решил провести несколько тестов на свою прану, чтобы получше разобраться в этой теме. Разумеется, безопасных для пациентов.

В кабинет вошёл мужчина лет сорока пяти. Среднего роста, полноватый, с усталым лицом. Двигался он медленно, словно экономил силы.

— Здравствуйте, — сказал он, присаживаясь на стул. — Аврелов Марк Дмитриевич.

— Здравствуйте, что беспокоит? — одновременно открывая его карту в МИСе, начал я приём.

— Сложно объяснить, — ответил Марк. — В общем, я по утрам встать с кровати не могу.

Знаю такую проблему, у Гриши есть точно такая же. Сегодня с утра он хотел швырнуть в меня подушкой, но мы так и не купили подушки, и ему пришлось просто встать.

Хотя тут проблема явно в другом.

— В каком смысле не можете? — спросил я.

— Просыпаюсь, открываю глаза и не могу пошевелиться, — объяснил Аврелов. — Лежу как парализованный. Минут сорок, может, час. Потом постепенно отпускает, пальцы, руки, ноги. И встаю.

Я нахмурился. Интересный случай.

— Как давно это началось? — спросил я.

— Недели три назад, — наморщив лоб, ответил Марк. — Сначала думал, что просто руки и ноги ночью затекают, сплю неудобно. Но теперь такое каждое утро, я уже засыпать боюсь. Причём это только утром, днём всё в порядке. Ну, слабость бывает, но двигаться могу.

Итак, утренний паралич, слабость, быстрая утомляемость. Это может быть что угодно, от неврологии до эндокринологии.

— Хронические заболевания есть? — спросил я.

— Давление иногда повышается, — ответил Марк Дмитриевич. — Я Индапамид пью от него.

Индапамид — это диуретик. Я принялся усиленно вспоминать, что я изучал про этот препарат в этом мире. Диуретик, мочегонное… которое вымывает калий. Если человек пьёт их долго и при этом дополнительно не компенсирует приёмом калия — развивается гипокалиемия. А калий — это главный электролит для мышц, и мышцы без него не работают.