Книга Бывает и хуже? Том 3, страница 96 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Власов покраснел и сжал ладони в кулаки.

— Агапов, вы не понимаете, — раздражённо сказал он. — Это навредит больнице! Люди начнут думать, что наши хирурги некомпетентны, и что приходится просить помощи у терапевтов.

— А разве это не так? — спросил я. — Хирурги без меня бы не справились. Один из хирургов вообще панику поднял, пришлось его успокаивать.

Власов покраснел ещё сильнее.

— Вы переходите границы, Агапов, — прорычал он. — Я вам приказываю. Не упоминайте своё участие!

Я усмехнулся.

— А то что? — уточнил я. — Снова грозитесь меня уволить?

Власов замер. Он не мог меня уволить. Ведь если сделать это сейчас, после успешной операции — это будет выглядеть подозрительно. Люди начнут задавать вопросы.

И репортёр об этом узнает, я позабочусь об этом. К тому же я знаю Петровича.

Власов вдохнул и выдохнул.

— Я не буду вас увольнять, — сказал он. — Но будьте же благоразумными! Подумайте о репутации больницы!

— Репутация больницы и так значительно поднимется после этой истории, — заявил я. — В обычной аткарской больнице провели реплантацию конечности! Да это нонсенс. Так что я уже позаботился о вас. А эта статья будет моей страховкой против вашего увольнения.

Шах и мат. Власов был побеждён. Он пару мгновений молча смотрел на меня.

— Идите, — наконец заявил он. — Вас пригласят, когда приедет репортёр.

Хорошо, а то я уж думал, что он меня попытается задержать, чтобы эта встреча не состоялась. Но, видимо, выбора у Власова не было.

Я вышел из кабинета и закрыл дверь за собой. Очередная победа. И это прекрасно.

Вернулся в кабинет в отличном расположении духа и продолжил приём. Первичные посещения, повторные, комиссии.

Часа через два после начала приёма ко мне пришёл Чердак.

— Я это… пришёл, — неуверенно сказал он.

— Проходи, — кивнул я. — Вот, на стул садись. Сейчас будем жалобу оформлять. Только отправишь потом со своего компьютера. Будет странно, если жалоба придёт с компьютера терапевта.

Тот неуверенно кивнул.

Я принялся подробно описывать суть проблемы, добавив скан записки Шарфикова, а также моменты из истории болезни сестры Чердака.

И в этот момент ко мне в кабинет зашёл сам Шарфиков. Встреча века.

Он замер на пороге, смотря по очереди то на Чердака, то на меня.

— Может, всё-таки не надо? — наконец жалобно спросил он.

А он всё ещё надеется, что подобное сойдёт ему с рук. Вообще он поступил максимально глупо. Любой терапевт десять раз бы себя обезопасил, обеспечив госпитализацию беременной. Но только не Стас.

— Слышь, я тебе только из-за доктора башку не проломил, — мрачно заявил Чердак. — Но могу и передумать!

Лена с удивлением наблюдала за новой сценой в нашем кабинете. Да, у нас скучно не бывает.

— Но всё же обошлось! — возразил Шарфиков. — Я смотрел, твою сестру выписали уже даже…

— А тебе сейчас пропишут, — упрямо заявил Чердак.

— Так, без рукоприкладства, — остановил его я. — Мы же договорились. Стас, чего ты пришёл вообще?

— Я это… — он нахмурился, от волнения и в самом деле забыл, зачем пришёл. — Кристинка сказала, что ты мне с ЕФАРМом поможешь. Она сегодня не может, у неё дела какие-то.

Так. Саня, спокойно, вдох и выдох. Я понимаю, что ты устал, почти не спал, делал сложнейшую операцию и вокруг тебя полно идиотов. Но держи себя в руках. Не надо давать Чердаку команду фас и смотреть, как он рвёт Шарфикова на двоих Шарфиковых поменьше.