Книга Бывает и хуже? Том 3, страница 95 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Сегодня же должны прийти мои анализы, которые я сдавал для пульмонолога. А вечером сегодня я ещё и читаю лекцию в свой школе здоровья.

Дайте мне сил пережить этот день! Варя очень кстати принесла мне настойку. Я прямо с утра и выпил двадцать капель. Думаю, без них было бы совсем тяжко.

— Давай приём начинать, — я включил компьютер.

Успел даже принять одного человека, и мне позвонили из отдела кадров. Сказали, что Власов ждёт у себя.

Главврач снова соскучился? Как мило, а мы всего-то… один день не виделись.

— Скоро подойду, — коротко сказал я Лене и направился в главный корпус.

Снова меня отвлекают от приёма, странная всё-таки привычка у руководства.

Добрался до кабинета Власова, постучался и зашёл внутрь. Главврач перебирал какие-то бумаги. Интересно, каждый раз, когда я к нему прихожу, он делает одно и то же. Может, это просто образ такой, вечно занятого главврача?

— Садитесь, Агапов, — сразу же кивнул он мне.

В прошлый раз наш разговор закончился на взаимных угрозах. Что же будет сегодня?

Власов некоторое время помолчал, подбирая слова.

— Я слышал о ночной операции, — заявил он. — Пациент Прошкин сейчас находится в реанимации, в стабильном состоянии. Это… хорошо.

Да это практически комплимент был.

— Мне доложил Гуров, — добавил Власов. — И сказал, что вы тоже принимали в операции участие. Даже протокол показал.

— Да, — спокойно ответил я. — Накладывал сосудистые швы, помогал сшивать мышцы, ассистировал на других этапах.

Власов поморщился.

— Но вы терапевт, а не хирург, — заявил он.

Да ладно, правда, что ли? А я-то уже забыл, кто я вообще.

— Без моей помощи пациент бы умер, — заявил я. — Так что я сделал то, что должен был.

Власов снова помолчал. Затем наклонился вперёд и сцепил пальцы обеих рук в замок.

— Сегодня после обеда к нам приедет репортёр из Аткарской газеты, — наконец сказал он.

О, об этом как раз и говорил Савинов. Интересно, а кто приедет? Если Якубов — это будет встреча века.

— Они хотят написать статью про операцию в нашей больнице, — добавил Власов. — О том, что мы провели в наших условиях такую сложную операцию и спасли ногу человеку. Эта статья будет хорошей рекламой. Может быть, повлечёт за собой увеличение бюджета.

— И вы хотите, чтобы я не упоминал своё участие в операции, — мгновенно догадался я.

Власов тут же кивнул.

— Вы не хирург, — повторил он. — Если репортёр узнает, что терапевт делал такие важные этапы операции, то начнутся вопросы. Почему хирурги не справились сами? Это поставит под сомнение квалификацию нашего хирургического отделения и навредит нашей репутации.

Да само наличие в хирургическом отделении Никифорова ставит под сомнение квалификацию всего отделения.

— Поэтому я прошу вас, — продолжил Власов, — не упоминайте своё участие. Скажите, что операцию делали Гуров, Кротов и Никифоров. А вы просто наблюдали, максимум ассистировали. Не более того.

Я внимательно его выслушал, не перебивая.

— Нет, — коротко ответил я.

Настала очередь Власова открывать рот от удивления. О, может, ему ещё и кошку после этого разговора толкнуть?

— Что значит «нет»? — переспросил он.

— Это значит, что я не буду скрывать своё участие, — терпеливо пояснил я. — Я участвовал в операции, накладывал сосудистые швы, сшивал мышцы и фасции. Да я изначально на этой операции настоял и придумал, как именно её проводить. И если придёт репортёр — я отвечу на его вопросы честно.