Книга Бывает и хуже? Том 1, страница 47 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

На кровати лежала моя пациентка, худенькая пожилая женщина. Она была бледной и лежала на боку, поджав ноги к животу.

— Здравствуйте, — подошёл я к ней. — Что вас беспокоит?

— Живот болит, — простонала Зинаида Ивановна. — Сильно.

— Сделайте ей уже укол какой-нибудь, и всё, — сердито прошипела рыжая женщина за спиной.

— Не мешайте мне, — строго ответил я. — Я врач-терапевт, а не скорая. Мы в принципе не имеем право делать никакие уколы.

Она хмыкнула, но замолчала.

— Где именно живот болит? — спросил я у пациентки.

— Справа, — она показала рукой. — И тошнит очень…

Измерил ей давление, оказалось немного понижено. Пульс, наоборот, зашкаливал. Температура была нормальной, но у пожилых людей она поднимается значительно реже, чем у молодых. Особенности организма.

Принялся за осмотр живота, довольно быстро выявил болезненность в правой подвздошной области. В совокупности с другими признаками, с вынужденной позой, с положительным симптомом Щёткина-Блюмберга… Яркий, классический пример аппендицита.

Обычно у пожилых людей он протекает более смазано, но в данном случае у меня не было никаких сомнений. Направил туда свою крошечную искру праны, чтобы хоть немного облегчить состояние. Но женщине определённо нужно в больницу, в хирургию.

— Так, вам нужно в больницу, — объявил я. — У вас аппендицит.

— Какая ещё больница⁈ — взвизгнула её рыжая дочь за спиной. — Таблетку ей дайте, и всё! Вы совсем из ума выжили?

Я повернулся к ней.

— Если не сделать операцию, ваша мать умрёт, — холодно и резко заявил я. — Аппендикс лопнет, начнётся перитонит. И всё, смерть. Вы этого добиваетесь?

— Да как вы смеете? — побледнела та. — Вы просто с нас денег хотите содрать, да? Больницы, капельницы… Всё это платно, да? У нас нет денег!

Сделал глубокий вдох и выдох. Работа врача-терапевта — это не всегда про лечение людей, я уже понял. Очень часто это про умение разговаривать с другими людьми. Такими, как эта рыжая, например.

Мне удалось успокоить свой разум, но тело отреагировало поднятием стрессовых гормонов. Преимущественно кортизола. Я почувствовал, как по спине вновь побежали струйки пота, сердце заколотилось, и захотелось есть.

— Операция, как и госпитализация, бесплатные, — объяснил я. — Вам не придётся платить.

— Это вы так говорите, — стояла на своём дочь.

Зинаида Ивановна еле слышно застонала. Вообще в этом случае изначально надо было вызывать скорую помощь, а не терапевта. Думаю, дочь вызвала меня именно с расчётом, что не хотела отправлять мать в больницу.

— Послушайте, — я начал говорить спокойным тоном. — Я врач и не вру вам. Больница бесплатная. А если вашей матери не сделать операцию — она умрёт. Я не шучу.

Дочь посмотрела на свою мать и замешкалась. Наконец-то удалось до неё достучаться.

— А её там не убьют? — спросила она. — В больнице-то… Старая ведь уже.

Не мог отвечать за других врачей, тем более за наших хирургов. Но говорить это пациентке и её дочери точно не стоило.

— Всё будет хорошо, — я взял телефон и принялся вызывать скорую.

В этот раз диспетчер скорой взяла у меня вызов и даже не стала перенаправлять в приёмное. Это была их сфера, и они пообещали приехать через десять минут. Направление тоже оставлять было не нужно.

Я передал всю информацию Зинаиде Ивановне и её дочери и отправился назад в машину.