Книга Доктора Звягина вызывали? Том 2, страница 64 – Алексей Аржанов, Игорь Алмазов

— И вы простите, Дарья Юрьевна. Я погорячилась, — кивнула сконфуженная женщина.

— Конфликт исчерпан? — поинтересовался я.

Дамы практически синхронно кивнули.

— Отлично, тогда не смею больше задерживать, — улыбнулся я.

Они покинули мой кабинет, и в этот момент у меня снова начала нестерпимо болеть голова.

— Думаешь, ты сможешь быть хорошим руководителем? — послушался голос Виктора. — У тебя нет важных качеств для этого. Вё самое лучшее есть во мне. Я должен был быть главным. Я должен руководить отделением.

— Странно, что-то ты слишком часто устаешь для руководителя, — ответил я ему. — Здоровье тебе не позволяет главным быть.

— Потому что ты сбежал с эксперимента, — рассердился Виктор. — Все должно было быть не так! Тебя не должно быть! У тебя не должно быть личности!

— Ну, меня моя личность вполне устраивает, — усмехнулся я. — Поэтому не оправдал я ваших надежд.

— Скоро Пономарев узнает, что ты — это не я, — проговорил Виктор, снова засыпая.

В кабинет снова постучались.

— Михаил Алексеевич, это снова я, — проговорила Даша, заходя ко мне. — Я хотела сказать вам спасибо. Вы так здорово разобрались в ситуации. С этой женщиной я все уладила, она придет завтра.

— Ну и отлично, — кивнул я. — У каждого конфликта есть две стороны. Поэтому важно было разобраться.

— Ещё раз спасибо, — кивнула смущенная Даша. — Тогда я пошла дальше работать?

— Иди конечно, — улыбнулся я.

Следующие пару часов я разбирался с остальными жалобами. Кое-где жалобы были откровенно на ровном месте, например одна пациентка жаловалась, что ей выдали талон на УЗИ на завтра, а она хотела пройти срочно. Хотя в диагнозе никакой срочности не было, как не было и показаний для экстренной процедуры. Другой пациент пожаловался, что его записали к врачу на неудобное время, ему удобно после восьми вечера. А поликлиника у нас работала только до семи.

В таких жалобах мне помогал простой спокойный разговор со всеми пациентами. Чаще всего этого оказалось достаточно, и они уходили уже спокойные. Для других жалоб я также вызывал врачей ко мне в кабинет, и разбирались мы все вместе. Выслушав обе стороны, у меня получалось найти корень проблемы, и спокойно примирить врача и пациента.

Закончив с жалобами, я устало откинулся на кресле, намереваясь выпить заботливо приготовленный Светланой чай. Голова снова начала болеть.

— Как ты это сделал? — послышался возмущенный голос Виктора. — Почему я больше не могу читать твои мысли⁈ Ты же не умел это делать, это мог делать только я.

— О, а ты теперь не можешь их читать? — мысленно усмехнулся я. — Значит, я как-то автоматически освоил блокировку.

— Ты не мог! Наверное, я просто слишком ослаб, — возмущался Виктор.

— Оправдывай себя, давай. Ты явно оказываешься не таким крутым, как сам себя считал всё это время, — спокойно ответил я ему.

— Я найду способ, — снова засыпая, пробубнил клон.

Отлично, значит теперь я умею блокировать свои мысли от Виктора. И это уже очень хорошие новости. Теперь, даже если мы с ним разделимся, мне есть что ему противопоставить.

— Михаил Алексеевич, — отвлекла меня от размышлений Светлана. — Завтра всё-таки придется провести прием. Я ещё не успею подготовить все документы по участкам, чтобы их сегодня передать.

— Хорошо, проведем, — легко согласился я. — Честно говоря, мне этого в принципе будет не хватать.