Книга Друид. Исток Жизни, страница 91 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

“Какая ирония, друид! Великого хозяина этих земель уничтожит его собственный лес!” – внутри моей головы раздался знакомый голос Тенелиста. И он смеялся, злорадствовал. Жаждал увидеть мою смерть.

Его присутствие давило на сознание, и я почувствовал, как Круг Тишины в моей голове напрягся. Враг решил начать с ментальной атаки.

Тенелист ударил по Ярославу, видимо, хотел снова захватить его, развернуть против меня в самый удобный момент. Или же знал, что я приму удар на себя, и действовал так намеренно, чтобы выиграть время.

Круг Тишины перехватил атаку, отвёл её от Ярослава и перенаправил в меня.

Боль обрушилась такая, что у меня потемнело в глазах. Чужая воля вгрызалась в мой разум, пытаясь прогрызть путь к подсознанию, к тому месту, где сидит моё “я”. И одновременно с этим мёртвые деревья продолжали ползти, сжимаясь в кольцо вокруг нас.

Я стиснул зубы и сосредоточился на щите. Отражать ментальную атаку и думать о деревьях одновременно было всё равно что играть в шахматы и боксировать в одном и том же раунде. То есть невероятно сложно. Особенно с моим уровнем подготовки, ведь магом я стал не так давно. Разница в опыте ощущалась с каждой секундой всё острее.

Потекла кровь из носа, и я вытер её тыльной стороной ладони, не отвлекаясь от создания защиты. Тело начинало подводить: колени дрожали, руки тряслись, и мне казалось, что земля уходит из-под ног, хотя на самом деле это моё сознание так раскачивалось от ударов Тенелиста.

“Ты слаб, Дубровский. Посмотри на свои любимые деревья. Они идут к тебе, и ты ничего не можешь сделать. Отдай мне лес, и я оставлю тебя в покое. Ты сможешь жить. Просто уйди с этой земли. Добровольно”, – продолжал Тенелист.

Ублюдок понимал, что так просто от меня не избавится, а потому решил попробовать “по-хорошему”.

Ну уж нет, я ему такого удовольствия не доставлю! Не собираюсь терять ни лес, к которому я привязан всей душой и телом, причём в магическом смысле. Ни своей жизни!

Внезапно Миха зарычал и бросился на ближайший ствол. Огромные лапы ударили по мёртвому дереву, содрали кору, отломили ветку толщиной с мою ногу.

Но дерево не остановилось. Оно не чувствовало боли, потому что всё живое здесь было пропитано магией Тенелиста. В каком-то смысле это дерево было уже “мертво”, но ещё мелькала призрачная надежда на воскрешение. Правда, не в ближайшее время…

Пока я отражал ментальные удары по голове, Миха рвал и ломал деревья, но на место каждой сломанной ветви тянулась другая. Плохой расклад!

Ярослав тоже метался между стволами, пытался командовать деревьями, обращался к ним на каком-то своём языке, который я не понимал. Но здесь, на территории Тенелиста, природа обоих хранителей-духов не слушала.

А деревья тем временем подползли ещё ближе. Одна ветвь ударила меня по плечу, и я почувствовал ожог через ткань рубашки. Чёрная, ядовитая древесина. Прикосновение причиняло боль не телу, а магическому каналу.

Я потерял время на ментальную защиту, голос Тенелиста в голове завопил с новой силой: “Сдавайся!” Кольцо сомкнулось почти вплотную.

И тогда я сделал единственное, что мне оставалось.

Мы стояли на границе. На самом краю живой и “мёртвой” зон. За спинами чёрных деревьев, в сотне шагов отсюда, стояли живые. Те, которые хорошо знали меня и не поддавались чужой магии. Я отдал последние крохи маны не на ментальную защиту, не на атаку, а на просьбу.