Онлайн книга «Чёрное сердце: Ненависти вопреки и Черное сердце: Смерти вопреки»
|
— Я не убегаю. Ты меня запутал, — трясет растерянно головой Витка и присаживается рядом на корточки. — To отвергаешь, то обратно зовешь… — Дура ты, Ивакина! — бросаю без злобы. Витка обиженно пыхтит: — Вот, опять, — порывается встать. Одергиваю: — Беги, не беги — все равно от тебя не отстану. — Ловлю недоуменный взгляд. Ивакина непонимающе выдыхает шепотом, будто безмерно устала: — Зепар, я не понимаю, что тебе от меня нужно… — Ты! — отрезаю резче, чем намеревался. — Ты — моя! — Если в этом дело, тогда поглоти мою душу и все! — смиренно бормочет бесцветным голосом. — Этого мало. Так не пойдет! Ты мне нужна… вся… живая… — отзываюсь обтекаемо. Когда девчонка рядом, сохранять ясность ума не получится — давно привык и даже не пытаюсь. — Зачем? — на постном лице ни намека на эмоции. — Говорил уже: на этот вопрос у меня нет ответа, но без тебя не уйду. — Слушай, — чуть смягчается Ивакина. — Забудь меня. Живи и будь счастлив с другой… — Да, — надламывает голос, — я могу быть счастлив, с кем угодно. — Лгу безбожно, мне так легче, но часть правды все же срывается: — Только хочу быть с тобой! — А если я не хочу? — Не верю! — А если не пойду? — Заставлю! — Это мой мир! — склоняет голову набок Витка. — Скроюсь — не найдешь! — Я тебя везде найду. Чувствую твои страдания, на себе испытываю твои разрушенные надежды. Не забывай, у нас — кровное родство, и я знаю, что ты не можешь без меня! — Ты ненормальный… — в голосе ни капли злобы, только ирония. — Да! — С завышенным самомнением… — Да! — Невменяемый самодур… — Да! — Циничный деспот… — Да! — Изверг… — Да! — Сексуальный маньяк… — Да, но ты не можешь без меня… — Никогда этого не говорила! — все же вскакивает Ивакина на ноги. — Знаю, но ты не можешь без меня, — твержу уверенно. — Тебе на это наплевать! — грубеет тон Витки. — С другими «да», с тобой «нет». Ты не можешь без меня, и я готов мириться с… таким недостатком… — наглость с легкостью срывается с языка. К тому же знаю, к чему приведет подобная реплика. — Самовлюбленный ханжа!.. — выплевывает гневно Ивакина, стискивая кулаки. Вот этого и жду — моя девочка начинает проявлять чувства. Встаю, потягиваюсь, разминая косточки. — Спасибо! — ленно улыбаюсь в предвкушении всплеска злости от Витки. Давно заметил, что это слово на нее действует как на быка красный цвет. — Гад! — шипит Ивакина намереваясь ударить меня по лицу. Перехватываю руку и рывком притягиваю к себе: — Милая, признайся: мы не можем быть вместе, так же, как и не может жить друг без друга. — Даю разгневанной фурии время смирить с неизбежным, и затихнуть в моих объятиях, — а то рыпается, словно ретивая кобылка. — Хочешь, не хочешь, но я — твое проклятие, а ты — моя манна небесная. — Не лучшее сравнение, но первое, из самых романтичных, пришедших на ум. — Упускать такое сокровище ни тебе, ни мне не на руку. Вот и будем вечность изводить друг друга в межпространстве, пытаясь сообразить: а не злополучная ли между нами любовь? — Вечность — это твои мерки. Мне достаточно и первого кругооборота душ, чтобы понять истинные чувства к тебе. — Мне не нужна вечность, в которой не будет тебя. Пойми, глупая, я не хочу больше тебя терять! — непроизвольно смягчаю тон, смотрю глаза в глаза. — Невозможно потерять то, что не имел, Зепар! — убеждает сухо Витка. — Я тебя ненавижу! — настаивает чуть погодя, но вижу, что лжет. |