Онлайн книга «Чёрное сердце: Ненависти вопреки и Черное сердце: Смерти вопреки»
|
Неприятное чувство заставляет сердце испуганно нестись вскачь, в животе предательски сводит морозцем. Лилит, грубовато схватив за горло, вынуждает выпить сладковато-кислую жидкость из бокала. Сопротивление подавляет безжалостно — надавливает на шею сильнее. Только отрывает бокал от губ — захожусь кашлем. В голове нарастает гул, перед глазами плывет, будто несусь на карусели. — Это что за дрянь?.. — хриплю не своим голосом, удушливо хватаю воздух ртом. — Зелье, мой милый, — тянутся неестественно приторно слова. Голос ангенессы то стихает, то усиливается: — Вита, говоришь. Будет тебе Вита… Опускается передо мной на колени. Ловко справляется с бляшкой ремня. Расстегивает молнию на джинсах. Встряхиваю головой, прогоняя помутнение, но очертание Лилит все равно расплывается: — Ты чего делаешь? — недоумеваю. — Как что? — быстро-быстро хлопает ресницами ангенесса. Лицо растягивается, сужается, искажается. — Тебя ожидает кромешный Ад, Зепар. На этот раз моя месть все же свершится, и Дьявол тебя низвергнет окончательно. Обломает крылья и раздавит, как тлю безропотную. — Что значит, на этот раз? — цепляюсь за размывчатое объяснение. — To и значит, милый, — бархатно мурлычет Лилит, бесцеремонно вытащив мою плоть. Нежно поглаживает, чуть сжимает. Пытаюсь игнорировать, но против воли реагирую. Будь проклята анатомическая слабость! Где разум? Где импотенция? Нахожусь в плену, избит, под наркотиками, мучаюсь приступами самоедства, а нет же… Треклятая мышца каменеет, взбухает. В животе стягивается узел, подбирается к паху. О, черт! Откидываю голову, сжимая зубы до скрипа. Ангенесса умеючи играет языком. Плоть восстает сильнее. Лилит искусно облизывает, покусывает, всасывает. Сучка! Развратная, больная… искусительница. Что творит? За что?!. Не хочу возбуждаться, не до этого… Но разве это волнует предательскую плоть? К тому же в столь острых коготках и, уже тем более, когда рядом такие зубы и губы. — Первый раз не вышло, — доносится далекий голос Лилит, будто нахожусь под водой. — Я позволила уйти Алберите, а тебя отправила в нокаут и сдала дьяволу. Надеялась, что он тебе проучит. Уничтожит! А ты… гаденыш умудрился выжить. И даже больше. Опять влюбился! Заваливаешься в Рай и просишь моей помощи! — Это… была… ты?.. — выдавливаю ошарашено, хотя не понимаю, я ли говорю. Лицо онемевает, губы не слушаются, да и звуки больше смахивают на хрипы. Впрочем, все неважно! Злобы не испытываю, обуревает счастье — не Алберита… Это не она сделала! — Да, милый, — сахарно щебечет Лилит, с большим пылом лаская восставшее либидо, которое все ощутимее. — Так хотелось мести, что не сдержалась. Прости… — жарко облизывает, прикусывает. Уже ни черта не соображаю. Границы реальности искажаются… Стираются. Ангенесса действует изощренней. Очертания красотки окончательно расплываются. От волнительных поцелуев, игр — кружится голова. Я в полной темноте, покачивающейся, сгущающейся. Зависаю… Отдаюсь в объятия. Мгла окутывает теплотой, мрачностью, неизведанностью. Мыслей нуль, эмоций тоже, но мрак, убаюкав нежностью, спешно обращается в безжалостно- ослепляющий свет. Волна тошноты стремительно поднимается к горлу, но выблевать не успеваю — точно перекрывают клапан. Моим ртом завладеют чувственные губы. Силюсь рассмотреть, кто госпожа. Часто-часто моргаю и едва не стону от счастья. Витка, сидя на мне, обвивает руками за шею. Дарит пылкие поцелуи на грани лишить рассудка через экстаз. Сгребаю Ивакину в страхе, что ускользнет. Отвечаю с пылом. |