Книга Чёрное сердце: Ненависти вопреки и Черное сердце: Смерти вопреки, страница 275 – Александра Ермакова

— Интересно, — задумчиво тянет Габи, — почему не сдал? — смотрит на Кассиэля, но вопрос явно предназначен не ему. — Может, у вас договор? — резко переводит циничный взгляд на меня. С секунду замораживает охровыми глазами, но быстро смягчается — подмигивает заговорщицки и понижает тон: — Демон и ангел…

От этого становится совсем не по себе — обжигающе холодные щупальца хватают за горло, в живот вонзает невидимая ледяная стрела.

— Оставь его! — не выдерживаю напряжения. Слежу исподлобья, яростно соплю.

— Зепар, Зепар, друг мой, — миролюбиво разводит руками Габриэль, отлепляясь от стола. — Думаю, тебе нужно время обдумать мое предложение, — умолкает на миг, но такой тревожный, что уже не ожидаю ничего хорошего. Архангел собирается нанести удар, ведь нет ничего убедительней, чем адская, нестерпимая боль, особенно если она причиняется другому — тому, кто тебе небезразличен. Будто прочитав мои мысли, Габриэль с ленцой опасного хищника спешит уверить в жутком подозрении: — Как показывает практика, демонстрация наказания — лучший довод. — С надменным спокойствием в долю секунды оказывается позади Кассиэля. Не успеваю и слова сказать, — рывком ломает и без того потрепанные крылья. От жуткого хруста закладывает уши — к глотке подкатывается тошнотворные ком. Сдавленный крик отчаянья и боли обрывается — Кассиэль исчезает. На его месте еще какое-то время кружатся перья. Оседают медленно, танцуя в воздухе, точно кораблики на волнах.

— Ему предстоит долгий путь грешника, — равнодушным тоном нарушает зловещую тишину Габриэль. Откидывает крылья в сторону и брезгливо отряхивает руки от перьев, крови. — Много, много кругооборотов души, пока либо не соблазнится на контракт, либо не очистится от скверны. — Морщит нос, двумя пальчиками выуживает из верхнего кармана пиджака платок. Неспешно вытирает ладони и, аккуратно свернув, промокает капли на одежде, недовольно качая головой. Завершая процедуру, но явно оставшись недовольным, откидывает на стол. Уже мысленно дроблю Габриэлю кости, раздираю на части, вырываю глотку, поедаю сердце, но раздумья вновь нарушает сладкий голос архангела:- Чтобы потом не пугать новыми аргументами, — подходит к столу, — хочу сразу открыть все карты — ведь я еще не заикался об Иолле, — значимо умолкает. — Мы всегда знали, где она. Те крохи, которые она творила нам безразличны, но вот помощь демону в проникновении на небо — смертельный, непростительный грех… — сожалеет театрально.

От ужаса даже кишки скручиваются. Дергаюсь в путах как заведенный, игнорируя до последнего все жалящие разряды от наручников, пробегающие по телу.

— Не тронь ее! — предостерегающе рычу.

— Ой, боюсь, боюсь, — показано выставляет ладони перед собой Габриэль и округляет глаза. — К тому же экс-демона, — перегнувшись через стол, ловко выуживает из ящика часы, которые до пленения были на моем запястье.

Дьявол! Невольно проверяю на месте ли моя ловушка. Конечно, нет! Божественники сняли.

— Хорошая вещица, — восхищенно кивает Габриэль, вертя в руках часы. — Вроде как безобидная, но на деле — модифицированный троянский конь, для нападения на Рай. Радует и одновременно огорчает, что туда нельзя ангельские души ловить, а так бы… — умолкает. Открывает крышку и с минуту изучает: — Это кнопка-игла?