Онлайн книга «Чёрное сердце: Ненависти вопреки и Черное сердце: Смерти вопреки»
|
Никогда не была поклонницей Вейти, но услышать вживую столь дивную песню оказалось незабываемым. По коже контрастом расползается то тепло, то холод. Порой замечаю: слушаю, затаив дыхание. Но я не одна — Лаурьер зачаровывает голосом весь зал. Она не выкручивает немыслимые па, но танцует в такт — легко, непринужденно, неспешно и очень эротично. На миг становится завидно: певица настолько совершенно владеет телом, что даже настолько простые движения и то — источают нескрываемую сексуальность. Как в свое время Мэрилин Монро — только выйдет на сцену и ее уже хотят. Запоет или белоснежно улыбнется — кончают. Томно прикроет глаза — готовы умереть. Понятно, что не всем дана такая сила магнетизма, но порой хочется обладать хоть крупинкой подобного дара. Не для массового использования, а так, чтобы себе повысить самооценку не как бизнес- женщине, а как любовнице и соблазнительнице… Видимо, не мой удел. Только музыка стихает, зал наполняется бурными аплодисментами. Вейти очаровательно улыбаясь, благодарно кивает, а стоит зрителям успокоиться, вновь затягивает песню. Музыканты подхватывают, я вновь окунаюсь в завораживающие грезы песни. — Она часто поет о смерти, — негромко подмечает Костя мне на ухо, — поговаривают, что Вейти верит в загробный мир и таким своеобразным способом пытается приблизиться к нему. Ведь только там можно найти защиту от боли и страданий этого. — С чего такое взял? — удивлено смотрю на друга. — Читаешь ее мысли? — Нет, — усмехается Мичурин. — Читал интервью. Цитата неточная, но… — наигранно серьезнеет: — «Боль испытывают, когда сомневаются. Чтобы избавиться от физической, нужно уйти в другой мир, а душевную излечит только забвение». — Боже, — тихо хихикаю. — В последнее время, все говорят о душе и ином мире. К чему бы это?.. — Вероятно, новое веяние, — подыгрывает друг и заговорщицки подмигивает: — Как в свое время Каббала, йога, вампиры, секты, оплодотворение из пробирки… — Кхм… — морщусь. — Главное, не заразиться. Вейти Лаурьер заканчивает песню и под дружный шквал аплодисментов спускается в зал. Ее тотчас окружают восторженные зрители, но «насесть» на диву не позволяю секьюрити — высокие, широкоплечие охранники. Берут в кольцо и если подпускают, то только по одному — певица раздает автографы. Мой телефон, сиротливо ютившийся на столе, настойчиво помигав неоновой подсветкой и слегка провибрировав несколько раз, утихает — получено сообщение. Нехотя беру. Незнакомый абонент… Сердце принимается отбивать неровную чечетку, пальцы не слушаются нажимая «читать». «Сука, пока есть время, развлекайся — все равно тебя настигнет кара. Сдохнешь, как и родители!» Нервно сбрасываю сообщение и на ватных ногах встаю. В голове точно набат колоколов, на горле удавка. От волнения едва сознание не теряю. Срочно в номер! Там лекарство, успокоительное! Принять и все обдумать уже с холодной расчетливостью. — Простите, — голос предательски дрожит. Невидящим взором обвожу зал, пытаясь усмотреть злодея — он здесь, а если нет, то, как узнал, что я… развлекаюсь?! Взгляд ни за кого не цепляется. — Вечер был великолепен, — бубню в никуда, — но я устала. Мне нужно в номер. Всего наилучшего! Дмитрий, — отчужденно киваю Дегтереву, но его не вижу — перед глазами пелена. — Юрий Агапович, Костя… |