Книга Чёрное сердце: Ненависти вопреки и Черное сердце: Смерти вопреки, страница 195 – Александра Ермакова

— Ты рылся в моих вещах? — интересуюсь без злобы.

— Немного… Ты постоянно твердишь, что у меня черное сердце. Вот решил разбавить твою белизну своей темнотой.

Невольно улыбаюсь. Впервые Зепар не так напорист, как привыкла. Его горячие пальцы робко касаются моих плеч, скользят вверх, по ключицам, вызывая мурашки и будоража в душе массу эмоций. Достигая цепочки, бегут вниз, изучая каждый жемчужный цветочек. У ложбинки между грудей, Андрей бережно поднимает цепочку. В секунду вынимает кулончик из коробочки и защелкивает застежку ровно посередине. Отпускает и несколько секунд пристально рассматривает. Поворачивает меня к зеркалу и смотрит на меня через него. Перевожу взгляд на подарок:

— Андрюш, — шепчу с жаром, смаргивая непонятно откуда взявшиеся слезы.

— Ивакина, вот это уже ошибка, — грубо бубнит Зепар, я чуть не теряю сознание. Андрей точно лавина. Разворачивает и сминает в жестоких объятиях — вонзается в губы с садонической остервенелостью. Мои ноют от сладости, требовательности. Отвечаю, стону, обвиваю шею грубияна, прижимаясь ближе.

— Как насчет немного «задержаться»? — охрипло шелестит, оторвавшись с явной неохотой.

— Да, — часто киваю, но тотчас трясу головой: — Нет! — где набираюсь сил — ума не приложу, но словно протрезвев, отпихиваю Андрея и пару секунд отхожу от дурмана. — Не трогай!

— Прости, — неровно дышит Зепар. Чуть отступает, одергивая рукава пиджака. — Нам пора…

В ресторане на миг замираю. Элегантный интерьер в стиле ар-нуво с шикарным витражным панно «Аполлон на колеснице» и потолком из цветной мозаики завораживают. Балконы и четыре отдельных кабинета придают «Европе» особый уют, а большое количество электрических лампочек — уверенно характеризуют еще и стиль модерн.

Зепар берет за руку крепким замком, переплетая пальцы, и тянет дальше:

— Пошли.

— Ангел мой, — Никитин встает из-за дальнего к стене столика, встречая меня с Андреем. — Выглядишь потрясающе. — Обнимает, целует в щеку. Пожимает руку Зепару. — Мы вас ждем, — неопределенно машет на собравшуюся компанию. За столом уже сидят Костик с очередной рыжеволосой пассией и Рыбаков…

— Всем привет! — окидываю друзей взглядом.

Антон Николаевич только кивает, в глазах читаю тревогу.

— Витуся, — Костик встряхивает головой. — Ты решила затмить красотой всех женщин? — Его девушка обижено надувает губы. Мичурин приобнимает ее и подмигивает: — Лапуля, ты вне конкуренции. — Девушка сразу же расплывается в улыбке.

Александр останавливается возле меня, кивает на два свободных места рядом, но не решается помочь сесть — Андрей ухаживает с таким каменным лицом, что даже немного неудобно. Будто ротвейлер, у которого хотят забрать лакомую косточку. Никитин устраивается по одну сторону от меня, Зепар по другую.

Оформляем заказ, и пока ожидаем, болтаем ни о чем. Как только стол заполняется полными тарелками, официант открывает бутылку шампанского с едва заметного кивка Андрея.

Последний бокал наполняется, Зепар поднимает свой. В повисшей тишине, нарушаемой едва слышной живой музыкой и голосами посетителей за несколькими столами чуть дальше от нас, даже тонкий перезвон стекла кажется тяжеловесным. Все знакомые следуют примеру Андрея.

— Пора озвучить причину сегодняшнего мероприятия, — провозглашает Зепар.