Онлайн книга «Големикон»
|
— Пап… нас ждет война. — О чем ты? Какие войны? Кельш посмотрел на Альвио – тот кивнул и слегка закатил глаза: мол, лучше поговорить об этом потом, там все куда хлеще. Прасфора собралась и рассказала, что случилось. Отец слушал с одновременно суровым и безмерно теплым лицом. Когда девушка закончила, он даже не присвистнул, хотя хотел – это показалось ему слишком неуместным. — И да, – вдруг вспомнила она, залезая в карман свитера. – Дядя Хюгге… Тут девушка чуть не всхлипнула – просто достала измятую бумажку и протянула отцу. Тот прочитал несколько раз, будто не верив словам, видя на их месте злое, кривое заклинание. — Так братец… с ними заодно? — Он и убивал грифонов тогда. — Да, и грифоны оказались правдой… но Хюгге… — Он сказал, – не понимая зачем уточнила Прасфора, – что ему бы пришлось убить меня, если я бы не уехала. Но предупредил меня, и… мне кажется, он принял решение. — Он никогда не умел их принимать, – нахмурился Кельш. – Постоянно метался туда-сюда. Но грифоны, драконихп, война… — И я ничего не смогу с этим сделать, – прошептала Прасфора. — Мы ничего не можем сделать. — Нет, я не могу ничего сделать. Просто, потому что это я – такая, такая, такая… – она не нашла в себе силы закончить и просто выпила еще молока, уже подотсывшего. Кельш повернулся к Альиво. — Я не видел Испражненца с тех самых пор. Как сквозь землю провалился… — О, зато мы успели на него насмотреться – там, в горах. Они решили не говорить Кельшу и произошедшем перед их отъездом. — Побег сразу после поражения? И ясно, для чего… Тут в голове у Попадамс всплыли намеки, шепотки и недоговорки Фюззеля. Догадалась бы раньше, да не до этого было – теперь-то поняла, что за слухи тот имел в виду. — Так он все это время знал о войне. Слышал, таскал слухи… У нее затрещала голова. — Я… – забыв о недопитом молоке, Прасфора обхватила голову руками. – Простите, слишком много всего. Поднимусь к себе… а потом спущусь помочь. — Даже не думай. Тебе нужно отдохнуть, умыться и поесть. Желательно именно в таком порядке. — Нет, нет… – протянула уже вставшая девушка. – Я правда помогу. Только несколько минут… Она отказалась от помощи Альиво и еле-еле, сама до конца не понимая, как, дошла до своей комнаты, тоже обгоревшее – думала, что тут почувствует себя лучше в домашнем, родном уюте, но ничего не поменялось, стало ни хуже, ни лучше, просто так же погано. Узор мира трещал, как разбитое стекло, и паутина осколков разрасталась. Прасфора прилегла на кровать. В голове крутилось много чего, оно ударялось о свинцовые комплексы и предустановки, громко звенело, но ярче всех, словно оравшая в тромбон, звучала мысль: «Я ничего не могу с этим сделать. Кто-то – может. Я – не могу. Потому что… потому что…» Закончить Прасфора не успела – сознание провалилось во мрак. Теплый и манящий, без черепов в холодной пустоте, но даже тут, на грани сна и яви, с эхом от взмахов далеких, давно уже ставших лишь костями, крыльев. Альвио даже и не радовался. То есть, все прошло хорошо, они воздали должное Фюззелю и компании, Прасфора нашлась, оказалась живой, здоровой, хоть и слегка исцарапанной – эмоциям положено было захлестывать с ног до головы, но они своей святой обязанности не выполняли, просто-напросто отказывались. Драконолог не искал особой причины такого парадокса, лишь поддавался воле ощущений, которые словно укутали в серое покрывало, и при всем желании скинуть его не получилось бы – оно оказалось очень к месту. |