Книга Верхний мир. Книга 1. Дети Кроноса, страница 112 – Вика Маликова

— Это я.

— Назад! – рявкнул Женя и оттолкнул Михея. Фантомы двинулись за ними.

Одна из девушек чуть не плакала:

— Мне страшно. Бражник, необходимо держать меня за руку. Я боюсь опять потеряться.

— Не трогай ее. Она – призрак! Давайте пойдем! – возмутилась вторая.

Женя медленно ступал спиной назад и заслонял рукой Михея. Он лихорадочно бегал глазами по двум Виджаям, пытаясь понять, кто из них настоящая.

Что это вообще такое? Игры разума? Шутка воспаленного от усталости мозга?

Границы реальности постепенно размывались.

— Что делать? Что делать? – Жене казалось, что голова вот-вот взорвется.

— Может, зададим вопросы? – предложил Михей. – Спросим то, о чем знаем только мы втроем.

Женя медленно отступал, фантомы же медленно наступали. Обе девушки были одинаково взволнованы.

— Миха, какие вопросы? – разозлился он. – Мы с тобой в гребаном фильме, по-твоему? Это какой-то вид коллективной шизофрении.

Но Михей уверенно сказал:

— Вовсе нет. Никакая это не шизофрения. Это иноморфы-призраки. Нам просто нужно обезвредить их. Бери чашу!

И вдруг Женя понял, что Михей прав. Нужно их обезвредить, как и любого другого иноморфа. Без лишней паники и суеты. Женя потянулся было за чашей, но споткнулся и упал. Луч налобного фонаря метнулся к высокому потолку, обернутому мышечными волокнами и сетями из нервных нитей.

Женя поднялся на ноги и почувствовал, как ужас всего мира, холодный и беспощадный, заключил его в объятия. Фантомы вперемешку с друзьями окружили его кольцом и, перебивая друг друга, громко кричали. И только призрак Жени молчал, еле заметно улыбаясь краешком рта.

— Это я, Тигренок!

— Это не он! Ложь. Я твой лучший друг с детского сада!

— Бражник, проснись! Надо идти дальше.

— Не слушай ее. Она ненастоящая!

— Заткнитесь! Закройте свои рты! – заорал Женя, чувствуя, что больше не выдержит этого напряжения и просто сломается, как тонкое деревце под порывом ветра. Но крики продолжались, они приникали глубоко в мозг и сводили с ума. И он окончательно запутался. Ошарашенно кружился вокруг себя и сам не заметил, как вошел в круг и потерял связь с реальностью. «Кто я на самом деле? Человек или иноморф? Неужели я чудовище? Я – чудовище!» – думал он и постепенно свыкался с этой мыслью.

Все говорили разом, но Женя видел только открывающиеся рты, звука не было. Биение сердца Малимона, наоборот, звучало невероятно сильно. Луч света скакал по лицам то ли людей, то ли призраков, и внезапно Женя заметил, как на лице одной из Виджай зашевелились крохотные завитки волос возле ушей.

Отчего они шевелятся, точно живые? Ведь здесь нет ветра или даже малейшего сквозняка. Воздух теплый и спертый.

Женя, не чувствуя опоры под ногами, вырвал из рук Михея, стоящего по правую сторону, серебряные кинжал и шкатулку. Обошел Виджаю с шевелящимися завитками волос и воздел руку над ее затылком. Пальцы дрогнули. «Что, если это не иноморф, а подруга? Разве она не может умереть? А что, если я чудовище?» – Женя изо всей силы всадил кинжал в область седьмого позвонка. Лезвие прошло легко и свободно, как горячий нож по маслу. Он подковырнул плоть, которая почти не имела плотности, и вытащил серебристую жилу. Тело призрачной Виджаи сдулось, как воздушный шарик.

Решительным шагом Женя направился к двум Михеям. Они кричали наперебой: