Книга Тени Казани, страница 137 – Юлия Шляпникова

— Кто вы такой?

Ада совсем перестала плакать и внимательно разглядывала собеседника.

— Мой народ зовет меня Су́лти Ту́ра,^[76] но я давно этим именем не представляюсь. Так что можете и не запоминать.

Этого имени Ада еще не слышала. Она решила посмотреть потом, божество какого народа опять встретила, и тут же забыла об этом.

— Если вы знаете мою судьбу, то и всех остальных?

Он кивнул.

— Тогда скажите: что ждет его?!

Старик покачал головой.

— Только ему и могу сказать. Никому больше.

Ада фыркнула и стукнула ногой по плитке.

— В чем тогда смысл? Зачем поманили и тут же бросили?

— Чтобы вы поняли, как сложно и важно делать выбор. Сегодня можете решить одно, завтра — другое. Но человек, от которого все зависит, может выбрать вообще что-то третье, независимо от вашего решения.

— Так все бессмысленно?

Старик покачал головой.

— Тогда бы мы тут не ходили, не жили и не пытались что-то изменить. Суждено — это одно. А что вы выберете, куда повернете — это другое.

Ада вспомнила недавний разговор с отцом Василием и задумалась. Он говорил об обратном — все предрешено Богом, даже каждые поворот и развилка пути, и у нас есть только иллюзия выбора.

— То есть от того, что решу, зависит, что дальше будет? Не кто-то там наверху решит, а я сама?

— Есть пути разные, так и решения там разные. От того, что выберете, будет зависеть, что дальше будет. Можете сидеть тут и продолжать плакать. Можете пойти и спросить. А можете что-то другое решить — и все по-другому станет. От вас зависит.

Такой расклад нравился ей куда больше. Но все равно оставалось ощущение, что за этим кроется какая-то хитрость.

— В чем подвох?

Старик улыбнулся так по-лисьи, что его узкие глаза превратились в щелочки.

— Что бы мы ни выбрали, все уже заранее предрешено. У каждого есть несколько путей, и в каждом — своя жизнь. Мы только набрасываем варианты и предсказываем, что ждет. А выбираете в итоге все равно вы, люди.

Ада схватилась за голову и взвыла:

— Так есть у меня свобода выбора или нет?!

Старик рассмеялся и, протянув руку, погладил ее по плечу. От пальцев пахло полевой полынью.

— Есть. Конечно, есть. Главное, не ошибитесь, а то выберете не лучший вариант. А изменить уже вряд ли получится.

Он поднялся со скамейки и, опираясь на посох, пошел к собору.

— Мне пора, милая. Может, еще свидимся.

Ада не успела ничего ответить, как он скрылся за стеной собора, будто исчез. Холодало, так что она подхватила сумку и пошла в направлении метро.

Дома были и мама, и папа. С кухни доносился звук работающего телевизора.

— Адочка! Ты голодная? — позвала мама.

Ада скинула ботинки, как можно аккуратнее повесила куртку в шкаф и убрала сумку на полку. Все, чтобы как можно сильнее оттянуть момент встречи с родителями.

— Господи! Что случилось? — разнеслось вокруг, стоило ей зайти на кухню и попасть маме на глаза.

— Все в порядке, немного расстроилась из-за учебы, — отмахнулась Ада и села за стол, даже не помыв руки.

Папа внимательно разглядывал ее, пока мама носилась по кухне и пыталась то налить ей горячего чая, то принести салфетки, чтобы вытереть лицо.

— Мам, все в порядке! — чуть громче, чем было нужно, сказала Ада, и та наконец опустилась на стул.

— Ты точно не пострадала? Никто тебя не обидел?

«Обидел, мам, еще как. Но вам лучше об этом не знать».