Книга Зима на Полынной улице, страница 71 – Денис Лукьянов, Татьяна Лакизюк, Анастасия Райнер, и др.

— Сегодня Зимнее солнцестояние, Анежка. Мы решили, что это отличный повод для праздника.

— Как в Ориентале?

— Разве? – притворно удивляется Бариен. – Наверное, простое совпадение!

Она фыркает и смущается. Хочется спрятаться, так пристально он на нее смотрит, но некуда. Анежа было отводит взгляд, но тут же, повинуясь порыву, склоняет голову ему на грудь. Бариен кладет сверху руки, не позволяя ей отстраниться. Анежу окутывает тепло. И оно идет не только от Бариена, снаружи. Оно идет изнутри.

— Спасибо за все, – говорит Анежа.

— Я подумал, что никто не должен быть одинок в самую длинную ночь года, – тихо отзывается Бариен, целуя ее в висок.

…Возвращаясь к себе в мастерскую, Анежа не в силах поверить, что прошло всего два дня с тех пор, как она вышла из дверей, таща в руках саквояж, а на сердце багаж во много раз тяжелее. Неужели это было позавчера? Не может быть!

Крыльцо завалено снегом, и Анежа долго возится с заледеневшим замком, но наконец попадает внутрь. Там совсем ничего не изменилось, и это удивительным образом стесняет Анежу, как будто она враз переросла эти стены, перестала в них помещаться.

Разве что… на краю рабочего стола в дальней комнате, рядом с бабушкиной швейной машинкой, лежит пухлый сверток. Однако Анежа не помнит, чтобы она упаковывала его перед отъездом, да и нет у нее такой сероватой оберточной бумаги.

Анежа подходит ближе, берет сверток и одним движением распускает тонкую ленту. Бумага раскрывается, как бутон по весне. Внутри – плотный рулон серебристой ткани и дюжина катушек ниток. И то и другое она видит впервые. Может, кто-то из посельчан принес ей материалы для нового заказа?

Но Анежа щупает ткань, воздушную, словно облако… и понимает, что такую не купить в обычной лавке. Даже в мастерской Ульвиде подобные ткани – редкость. Она не знает наверняка, но предполагает, что на столь тонкую работу способны лишь эльфийские шелкопряды.

Из свертка выпадает карточка. Анежа поднимает ее с пола и поспешно разворачивает. Читает, затаив дыхание:

Еще один подарок на Зимнее солнцестояние от народа Воздуха. Когда ты зовешь, мы всегда слышим. И ты тоже прислушайся.

Лето в Джукетау в том году выдалось особенно знойное. Как обычно, Аня и двоюродные братья проводили его у бабушки Ульяны и деда Ивана в частном доме, занимаясь садовыми делами: пропалывали овощные грядки, ухаживали за цветами на клумбах и собирали ягоды с кустов вдоль забора. К яблоне и другим плодовым деревьям бабушка их не подпускала: испортят еще ее любимиц.

Аня не переживала из-за того, что так много времени проводит на свежем воздухе и вся покрывается веснушками. Она только скучала по школьным друзьям, которых не видела все лето. Кто-то уезжал в лагерь на несколько смен, кто-то – даже на море. Другие приятели оставались в том районе, где Аня жила с мамой Вероникой во время учебного года.

У старших братьев на улице была своя компания, в которую ее не звали. И Аня не стала бы знакомить их со своими друзьями, уж слишком те отличались и по интересам, и по возрасту. А одну ее на другой конец города никто бы не отпустил, поэтому Аня и проводила все лето в саду и дома.

В очередной жаркий июльский день Аня сидела в тенечке рядом с дедом и помогала ему мастерить сачок для бабочек. Петька и Сережка куда-то умчались – может, ба- бушка в магазин за хлебом послала, а может, уехали на велосипедах купаться на речку.