Онлайн книга «Ниенна. Благословленная Смертью»
|
А дальше некромансерка прикрыла глаза, и перед сомкнутыми веками сначала завихрился белесый туман, а затем мягко блеснула золотая река, по которой, подобно льду, плавали острые черные осколки. Осторожно подхватила один, и тот истаял у нее меж пальцев. Странная река даже не дрогнула, только на миг вспыхнула чуть ярче. Или ей показалось? — Шли, шли и видят озеро, а около ходит табун лошадей. «Ах, сестрица, если бы ты знала, как мне пить хочется!». «Не пей, братец, а то жеребеночком станешь!» Тают осколки под тонкими девичьими пальцами. Все ярче и ярче сияет поток души маленького Йохана, потомственного целителя. Колдовской дар переливался в мальчике, будто сундук с сокровищами. Однажды Йохан вырастет и сам начнет лечить чьи-то израненные сердца. И равных ему в Острижском государстве будет с каждым годом все меньше и меньше… А пока делай свое дело, чародейка. Благословение Милосердной Матери, не только забирающей, но и дающей, тебе в помощь. Ниенна погрузила пальцы в сияющую монетной россыпью воду. Малыш сам оттянет ровно столько, сколько ему нужно. Главное — не останавливаться и не молчать. — Шли, шли и видят: пасется у воды стадо коз. «Ах, сестрица, я напьюсь». «Не пей, братец, а то козленочком станешь!». Но не послушался Ваня сестру, выпил из лужи и вмиг оборотился козленочком… Кружилась голова, пересохшее горло нещадно саднило. Медленно, капля за каплей, уходила из Ниенны ее витальность. Но страха не было. Йохан не возьмет лишнего. Его светлый дар не позволит ему кого-то калечить или иссушать до дна. Пусть он всего лишь ребенок. Холодели коленки, стоявшие в мокрой грязи и глине. Штанины прилипли к телу и неприятно щипали кожу. Но сказка, что казалась поначалу очень длинной, лилась ровно, без остановок, и слова, проговариваемые Ниенной, падали мерцающими фиолетовыми цветами в золотую реку, расплывались кругами по воде. И вот уже оставшиеся черные осколки истаивали сами, стоило просто на них взглянуть. Вот осталось всего три. Вот один… Сказочная девица благополучно расколдовала брата и вышла замуж за королевича. Реальная — чувствовала, что в горле саднит все сильнее и сильнее. «Милосердная Мать, да это же банальное начало застуды! — некромансерка едва не рассмеялась. — Я потратила столько сил, что к вечеру непременно разболеюсь. Если доживу, конечно…» Она открыла глаза. Йохан лежал неподвижно на руках у старшего брата, лицо малыша было ровным и безмятежным. Огненный круг потух, только трава нещадно дымилась. Едва слышно шелестел утихающий дождь. Неподалеку устало ругались мужики, промывая друг другу раны настойками из темных бутылей. Древолюди лежали вдоль поляны гнилыми дубовыми колодами, совершенно безжизненными, многие были посечены практически в щепу. Мертвецов тоже неслабо покромсало ветвями древесных чудовищ, но по ту сторону жизни нет телесной боли. Поэтому все они, как один, стояли, запрокинув головы в небеса. «Их же отпустить надо!» — охнула про себя Ниенна. Хватит ли сил? — Ниенна, — окликнул ее дрогнувший голос. Ингвар, все еще стоявший на коленях в грязи, смотрел на девушку запавшими от усталости глазами. И ничего в них не было, кроме глухого отчаяния. — Он не шевелится. Некромансерка опустилась на колени, приняла пухлое тельце из вмиг обмякших мужских рук. Прижалась губами к взлохмаченной макушке. |