Книга Ниенна. Благословленная Смертью, страница 158 – Наталья Русинова

Там обычно и знакомились парочки, и завязывались отношения. Мужики еще смотрели, нарядны ли приехавшие девицы, хороша ли их одежда, которую те за редким исключением сами пряли, ткали и вышивали. А еще пробовали, вкусны ли пирожки, которые красавицы привозили с собой целыми корзинками.

— Герда, ты же понимаешь, что Сабур тебя везет гулять не просто так, а с целью показать другим? Можно сказать, похвастаться. Будь аккуратнее, деревенские девки противны насчет чужачек, тем более, тех, которые носят штаны.

— Ну и леший с ними, — отмахнулась подруга. — Расскажу толпе пару историй из нашей практики и заодно поведаю, сколько мы с тобой заработаем за сдачу упырьей башки в кунсткамеру Ахенбурга. Держу пари, через час они все лопнут от зависти!

— Или разбегутся подальше от кровожадной девицы, которая гулиусу-то мозги в кашу превратила, а поганую на язык бабу еще и проклясть может… Слушай, так что мы насчет ведьмы решили? Ты говорила, у тебя идея имеется.

— Еще как имеется! — весело осклабилась валькирия. — Ты, главное, стой и поддакивай, какую бы чушь я не несла.

Внизу, чуть левее вчерашней полыньи, на снегу вповалку лежали рубахи, расшитые обережными знаками, скатерти с въевшимися накрепко ягодными пятнами и другое добро, милое сердцу любой хозяйки. Герда задумчиво сощурилась, глядя на украшенную алыми петухами сорочку, и шепнула.

— Интересно, вот это якобы колдовство и впрямь защищает хоть от чего-нибудь?

— Разве что от простуды, если снизу под шерстяное поддеть. А вообще, давние традиции местами та еще пакость. В городах уже все иначе, а тут… Мужики портки носят, а бабы нет, заметила? Из женского исподнего только рубахи и нижние юбки. А застудиться на таком морозе можно за час легкой пробежки в окрестностях леса, на сборе травок. Может, Ингвар и правильно делает, что разрешает сестренке надевать мужские теплые штаны. Злые языки поговорят и перестанут, а девчонка здоровье сохранит. Ей рожать еще.

— Кстати, об Ингваре, — спохватилась Герда. — Знаешь, мужик он подозрительный, конечно, и точно чего-то скрывает. Но на волкодлака не шибко похож, мне кажется…

— Ты уверена? — изумилась Ниенна. — Сама же предлагала пригрозить ему кинжалом, чтобы правду сказал.

— Ну, в портки я ему не заглядывала и шерстинки на теле не пересчитывала, — хмыкнула валькирия. — Но непохоже вчера было, что ему плевать на детей. Или что нужны они только для прикрытия, мол, живу обычной жизнью, отчепитесь от меня все. Уж поверь, эмоции я легко считываю. Ибо в любом бою — первейшая необходимость. Ингвара этого чуть удар вчера не хватил, как про братца узнал. А когда сидели в избе, так веришь, нет, думала, что расплачется мужик, когда малой у него на руках свернулся клубочком и заснул. Уж каким бы он поганцем не был, а брата любит. И сестренку любит.

— Почему ж тогда не лечит? И не дает нормально учиться? Ты же слышала, что вчера сказал — на трех языках читает. Думаю, Хелена тоже, как минимум, грамоте и счету обучена. Но в деревенской глуши эти знания быстро забудутся.

— Хороший вопрос, подруга. Мнится мне, бегут они от кого-то. Может, от того же волкодлака. Мы думали, что Ингвар оборотень, но что, если на самом деле они — жертвы? И чудище появилось одновременно с ними просто потому, что точит на семейство Хенриков зубы?