Онлайн книга «Отвергнутая»
|
Оказавшись на улице, я пшикнула собаке, которая уже привыкла ко мне, покрепче прижала к себе дочку и побежала к лесу. Но собака предательски залаяла, оповещая всех о моём бегстве. Сзади почти сразу же послышалось хлопанье двери. Я не оглядывалась, знала, что сейчас Велимир отправит в погоню за мной Ясеня, и он, словно цепной пес, по нюху, в два счёта найдет нас. Занималась заря, небо светлело, но между деревьями ещё стоял густой утренний туман, делавший меня невидимой. Я бежала со всех ног, не останавливаясь. Лес был благосклонен ко мне: под ногами стелился мягкий мох, ветви деревьев пропускали меня вперед, смыкаясь за моей спиной непроходимыми дебрями. Но сзади всё ближе и ближе слышался шум погони и треск ломаемых веток – это Ясень догонял меня. Шаги его были широкие, тяжелые. Я чувствовала, что не могу больше бежать – ноги не слушаются, дыхание перехватывает, грудь горит огнём от нехватки кислорода. Почувствовав неладное, истошно закричала Всемила. Я остановилась, села в изнеможении на мягкий, влажный мох. Ясень догнал меня, выхватил из моих рук тёплый сверток, и большими шагами побежал обратно, к дому Велимира, унося от меня мою плачущую девочку. Я легла на землю, уткнулась в мох лицом и сама заплакала навзрыд. Ничего не выйдет! Мне не справиться самой с этими людьми. Я всего лишь кукла в их руках. И мой ребёнок тоже. В подобные моменты жизнь начинает казаться чередой сплошных неудач… * * * Меня снова посадили в погреб. Я сидела там, как и несколько месяцев назад, закрыв глаза, прислонившись спиной к холодной деревянной свае, покрытой плесенью и старалась ни о чём не думать. Я слышала звуки шагов над головой, вздрагивала от частого плача Всемилы, которая остро переживала разлуку со мной. Сердце обливалось кровью от того, что нас разлучили. А ведь я могла оставшиеся дни провести вместе с ней. Если бы смирилась, как говорил Велимир, и просто ждала своей участи. Во Всемиле в последние месяцы была вся моя жизнь, и сейчас меня как будто её лишили. Никогда я не думала, что можно так сильно и самоотверженно любить ребёнка. * * * И вот день обряда настал. День Змея, в которого я, дитя города, не верила. Между тем, Велимир рассказывал, что Змеи – хранители человечества, связующее звено между человеком и природными стихиями. С утра меня вывели из погреба и отправили в баню, выдав чистую одежду и белье. Я помылась в жарко натопленной бане, привела себя в порядок, причесала спутанные рыжие кудри. Из маленького тусклого зеркала на меня смотрела бледная, осунувшаяся женщина, глаза которой были наполнены страхом. А ведь я редко боялась по-настоящему. С появлением ребёнка женщина меняется: я боялась не за себя, а за малышку Всемилу. Дарья вымыла её в бане, а потом я с упоением приложила её к груди. В моей голове промелькнуло, что, возможно, я делаю это в последний раз. На глаза навернулись слёзы, голову наполнил липкий туман. День был пасмурный, серый. Я качала Всемилу, пока она не уснула, а потом села к окну. Ясень ходил по двору взад и вперед, посматривая то на двери, то на окна. Ему сильно попало от Велимира, когда он проспал моё бегство. Сидя в погребе, я слышала, как Велимир колотит его палкой во дворе. Сейчас Ясень следил за мной, как злобный коршун. |