Книга Черная рябь, страница 81 – Екатерина Шитова

— Ну! Выдумала реветь! Будто в последний раз их видишь! Они живы и здоровы, чего ещё тебе надо? – недовольно буркнула Упыриха.

Доварив зелье, она обернулась к Матрёне и строго спросила:

— Готова?

— Готова, – прошептала Матрёна.

— Тогда надевай рубаху и садись на лавку.

Матрёна натянула на себя длинную чёрную рубаху и замерла в нерешительности.

— Бабушка Упыриха, ты уверена, что всё получится?

Старуха кивнула и указала рукой на место рядом с собой.

— А ты точно сумеешь его одолеть? Сыновей моих точно не тронешь? – снова спросила Матрёна.

Старуха взглянула на неё строго и сказала:

— Верь мне, Матрёна.

Матрёна подошла к ней и села на лавку.

— Я верю, – прошептала она и закрыла глаза.

Упыриха задёрнула плотную занавеску на окне, зажгла лучину и запела:

Песня лилась и лилась, и вот уже Матрёне стало казаться, что нет у неё ни истока, ни конца, а есть лишь бесконечное круговое течение. Ведьма, не прекращая петь, дала ей испить горького зелья, и тут же тело Матрёны стало лёгким, как пух. Ей показалось, что она может легко полететь по воздуху, как та самая птиченька, о которой пела Упыриха. Голова кружилась, как в хмельном дурмане, и вскоре Матрёна окончательно потеряла связь с реальностью. Ничего не было, лишь она и легкость бытия, которую ей подарила ведьма.

А потом Матрёну будто что-то ударило в грудь, и удар этот был такой мощный, что она отлетела к стене и задохнулась. Перед глазами её всё помутилось, поплыло. Последнее, что она увидела – саму себя, неподвижно сидящую на лавке. Это было странно и пугающе. Матрёна будто видела себя со стороны, но как такое было возможно – этого она понять не могла. Видение было коротким и стремительным, и уже в следующую секунду она потеряла сознание.

* * *

Очнувшись, Матрёна какое-то время лежала на боку, пытаясь свыкнуться с новыми ощущениями. Всё тело болело, в особенности спина. Собравшись с духом, Матрёна открыла глаза. Избушку наполняли ранние зимние сумерки. Мальчиков ещё не было, но скоро они должны вернуться. Встав на колени, Матрёна попыталась подняться на ноги, но у неё ничего не вышло. Ноги стали такими слабыми, что отказывались её держать. Матрёна всхлипнула от бессилия, и тут дверь скрипнула, и в избушку вошли её сыновья – весёлые и румяные. Увидев её, сидящую на полу, мальчики подбежали к ней, подхватили под руки и ловко усадили на лавку.

— Иван! Стёпушка! Мальчики мои любимые, спасибо вам! – воскликнула Матрёна.

Мальчики удивлённо посмотрели на Матрёну, и Иван ответил:

— Да что ты, бабушка Упыриха! Нам не сложно помочь! Будь аккуратнее в следующий раз, не падай!

Бабушка Упыриха… Матрёна больше не слышала ничего из того, что говорят сыновья, в её голове звучали лишь эти слова – бабушка Упыриха. Бабушка. Упыриха.

Теперь бабушка Упыриха – это она. Она по своей воле решилась поменяться телами с ведьмой. Не навсегда – только на время, пока Упыриха не расправится с Кощеем. Вот только как прожить хоть несколько дней в этом чужом, дряхлом теле? Матрёна достала из кармана припрятанное зеркальце и дрожащей рукой поднесла его к лицу. Из зеркальца на неё взглянула старуха, сгорбленная и измученная.