Книга Черная рябь, страница 159 – Екатерина Шитова

Об этом Игнат не думал. Ему нравился дурман, во власти которого он находился. Он уже не мог жить без этого ощущения, нуждался в нём. Он был рад подчиняться Жабьей царевне и был готов служить ей вечно. Поэтому, когда Неждана поманила его за собой, он, не мешкая ни секунды, пошёл следом за возлюбленной…

* * *

Неждана привела Игната в пещеру, вход в которую был скрыт двумя огромными валунами. Трава возле них была примята.

«Неужели кто-то передвигает их с места на место? Это сколько силищи надо иметь, чтобы поднимать такую тяжесть?» – подумал он про себя.

А вслух спросил:

— Что это за место, Неждана?

Она взяла его за руку, улыбнулась, прекрасное лицо наполнилось гордостью.

— Это мой дом. В этой пещере я выросла. Здесь пережидаю зимние морозы, сплю, прижавшись к шершавому боку тётушки. Мой дом, моя защита – всё здесь. А теперь эта пещера станет домом и для тебя.

У Игната от её слов всё внутри замерло и похолодело. Но Неждана уже вновь потянула его за собой, и он подчинился, пошёл за ней, несмотря на то что ему не хотелось входить в это жуткое логово. Они по очереди протиснулись между большими, выше человеческого роста, валунами и вошли внутрь, пригнув головы. Пещера была большая, просторная, внутри было темно и влажно. Слышалось, как вдалеке, в сужающемся чёрном зёве, капает вода. Игнату вдруг почудилось, что камни у входа, сдвигаются, и назад он уже вряд ли протиснется. Но Неждана прильнула к его груди, погладила нежной ладонью заросшее щетиной лицо и ласково проговорила:

— Помнишь, ты сказал, что останешься со мною навсегда?

Она заглянула Игнату в глаза, и вновь он содрогнулся от жуткого вида своей невесты – гнилая кожа, выпученные глаза, ввалившиеся щёки и длинный чёрный язык. Нет, наверное, он никогда не привыкнет к истинному лицу Жабьей царевны. Он с хриплым криком толкнул её в сторону. Лицо Нежданы тут же изменилось – брови нахмурились, губы недовольно сжались. Поправив нарядный кокошник, съехавший с головы, она обиженно проговорила:

— Вся твоя любовь, похоже, только слова!

Игнату стало стыдно, он подбежал к возлюбленной, схватил её руку и прижал к груди.

— Конечно, я останусь, милая. Останусь там, где будешь ты. Я от всего отказался, но от твоей любви не откажусь никогда.

Она глянула исподлобья, но потом вновь прильнула к нему, коснулась губами шеи. Игнат ощутил, будто его что-то кольнуло, а потом увидел на губах Нежданы кровь. Она целовала его снова и снова – всё жарче, всё яростнее, разрывая пальцами рубаху, царапая острыми когтями кожу, и вскоре весь рот и всё лицо её перепачкались в крови. У Игната кружилась голова, он не чувствовал боли, лишь задыхался от страсти, прижимая к себе жадную, ненасытную нежить. Но вскоре тело его ослабло, руки повисли вдоль туловища, ноги подкосились. Без единой кровинки в лице он упал на холодный земляной пол, и глаза его безжизненно закатились.

— Хочешь остаться здесь навсегда? Так оставайся же, ненаглядный женишок! – хохотнула Неждана.

Обтерев лицо краем нарядного, расшитого узорами платья, она развернулась и выскользнула из пещеры. И тут же валун, загораживающий вход, сдвинулся с места – огромные перепончатые лапы толкнули камень, и он покатился и сомкнулся с другим, таким же мощным валуном. Пещера погрузилась в непроглядную тьму, выхода из неё больше не было. Внутри пещеры остался медленно умирать Игнат, а снаружи вход охраняла могучая тётушка Жабьей царевны – озёрная нежить.