Онлайн книга «Ведьмы»
|
Я замолчал, задумался. Вдруг тетя Нинель права, и Паулина все это время меня обманывала? — Хорошо, – ответил я, чтобы успокоить ее, – скажи мне, где искать цветок. И я уничтожу его. Не будет цветка – не будет и всех этих проблем. Тетя Нинель несколько секунд пристально смотрела на меня глазами, полными слез, а потом принесла из спальни старый, потертый чемодан. Открыв его, она достала оттуда и положила на стол пожелтевший от времени лист бумаги с нарисованной от руки картой. — Это тот лес, что расположен к юго-востоку от города. Ориентир – высокая столетняя сосна у дороги, у нее в стволе расщелина, не ошибешься, – тетя ткнула пальцем в сосну, изображенную на карте, от нее начинался путь, – иди по компасу. Если не свернешь с пути, то через два часа дойдешь до пещеры в лесу. В ней-то и растет Ведьмин Цвет. На вид он, как огромный папоротник, но его ярко-алый цветок горит по краям лепестков жарким пламенем. Тетя вдруг замолчала, снова открыла крышку чемодана и достала оттуда что-то маленькое. Зажав вещицу в кулаке, она поднесла ее к своей груди и закрыла глаза. Потом подошла и надела мне на шею амулет – круг, вырезанный из дерева. Из центра круга расходилось множество лучей, от этого амулет напоминал солнце. — За лесом следят лесные духи. Этот амулет твоей матери защитит тебя. Я округлил глаза и вздохнул. Да, пожалуй, только лесных духов в этой истории и не хватает… Поцеловав тетю Нинель, я вышел из ее квартирки, достал из кармана телефон и позвонил своему работодателю. С трудом отпросившись на неделю в отпуск за свой счет по особым семейным обстоятельствам, я облегченно выдохнул. Еще раз подняв футболку и взглянув на воспаленный участок груди, я коснулся пятна кончиком пальца и сморщился от боли. Родинка, оказывается, – мой оберег… Сердце сжалось от тоски – я ведь ничего не помнил о своей матери, совсем ничего. А теперь, через это самое родимое пятно, поставленное ею на моей груди, мы как будто обрели с ней некую связь. Я столько раз думал о том, что она бросила меня в детстве, и эти мысли обижали меня, разъедали мою душу. Сейчас же я знал, что она меня не бросала. Наоборот, я был дорог маме больше всего на свете, ведь она отдала свою жизнь за меня. Когда я пришел домой, под дверью меня ожидало странное послание. Незнакомым женским почерком на листе бумаги было выведено несколько слов: "сегодня на кладбище в двадцать три часа." Я перечитал надпись раз десять и понял, что это писала Паулина. Только она могла назначить мне встречу в таком странном месте. Неужели она выбралась из своего заточения? Как? С замирающим сердцем я ждал вечера. Я не мог сосредоточиться ни на книгах, ни на фильмах – раз за разом я перечитывал короткую записку, которую по-прежнему держал в руках, и все больше и больше нервничал. Я очень боялся кладбищ, и вот теперь, чтобы увидеть любимую, мне предстоит преодолеть этот страх. Конечно, я это сделаю. * * * Без четверти одиннадцать я уже стоял у кладбищенских ворот. Ночь была теплая и ясная, луна освещала серебристым светом все вокруг. Казалось, что земля, трава, памятники, кресты и холмы могил – все покрыто жидким серебром. Я ждал очень долго, сначала вздрагивал от каждого шороха, то и дело оглядывался по сторонам, прислушивался, всматривался в темноту, а потом привык, успокоился, перестал обращать внимание на звуки и шорохи. В конце концов, несколько часов на кладбище – это еще не самое страшное и сложное. Наверняка, в лесу будет хуже. |