Книга Рок и Кара, страница 111 – Ксения Власова

— Что ты здесь делаешь?

Вопрос, обращенный к сестре, прозвучал излишне резко.

— Помогаю, – мрачно ответила Рони. – Меня разбудил шум за окном. А потом я увидела Дора в телеге…

Ее голос дрогнул, она отвела взгляд. Пальцы крепче обхватили ступку, словно та была якорем, удерживающим на плаву.

— Ее Высочество пожелала присутствовать, – торопливо вмешался Мудрец и, будто опасаясь моей реакции, быстро добавил: – Я не видел причин для отказа.

Я не удостоила лекаря даже взглядом. Чувствовала исходящие от него волны страха. После казни Вета в интонациях Мудреца, как и в интонациях большинства придворных, появились раздражающие меня подобострастные нотки.

Я посмотрела на Дора. На бледном, изможденном лице сверкали капли пота. Его тело сотрясал жар, а сам он метался в бреду. В нескольких местах повязки потемнели и набухли от крови. От них смердело чем-то гнилым – меткой смерти.

— Смелый мальчишка.

Я резко обернулась. В дверном проеме, опираясь на костыль, стоял отец Чайки – Глас. Даже не ощущая его природы, похожей на мою, я бы и так поняла, что со мной заговорил кто-то из одаренных. Только они теперь обращались ко мне без затаенного, как перед чудовищем, ужаса.

— Не смелый, а глупый! – в сердцах бросила я. – Ему было запрещено покидать замок.

Память услужливо подсунула то утро, когда я узнала, что Дор сбежал вместе с войском. Я с трудом подавила раздражение. Упертый баран, а не мальчишка!

— Ну, он ослушался, – усмехнулся Глас и серьезно добавил: – И спас всех нас. Без него, Ваше Величество, не одержали бы мы победу. Его огонь спалил добрую часть кирков. Даже когда его тощую тушку нашпиговали стрелами, он не отступил.

— Сражался, пока не свалился в беспамятстве? – тихо спросила я и присела рядом с Дором.

Ко мне под бок тут же пристроилась Чайка. Я рассеянно быстро провела рукой по ее волосам. Девочка зажмурилась от удовольствия и разве что не замурчала.

— Да, Ваше Величество.

Моя ладонь легла на горячий лоб Дора. Мальчишка слишком хотел жить, он дрался со Смертью так же отчаянно, как с кирками, отвоевывая у нее каждое мгновение. Те самые мгновения, что помогли ему продержаться до возвращения в замок.

— Все вон, – негромко, но жестко потребовала я. – Глас, я зайду к вам позже, не ложитесь.

Рана отца Чайки не вызывала беспокойства. Она затянется и без моей помощи, но оставит мужчине на память о себе хромоту. В моих силах было это изменить.

Первым комнату покинул Мир, за ним – Мудрец. Глас поманил Чайку и, дождавшись, когда та неохотно отлипнет от меня, тоже растворился в темноте коридора. Я вопросительно взглянула на Рони.

— Нет! – решительно сказала она. – Я останусь.

Сестра подошла ближе и уселась с другой стороны постели. Ее ладонь сжала ладонь Дора с таким отчаянием, что я впервые задумалась, не связывает ли этих двоих нечто большее, чем просто дружба. Но размышлять об этом было не время. Зловонное дыхание смерти уже опалило щеку Дора.

Словно подслушав мои мысли, Рок бесшумно прикрыл дверь, а затем опустился на стул у стены и, скрестив ноги в лодыжках, принялся ждать. В его движениях не было суеты, лишь уверенность, вселяющая надежду.

Я, по-прежнему не отнимая руки ото лба Дора, прикрыла глаза, чтобы с размаху упасть в темноту. Она пульсировала алым – средоточием нитей, многие из которых уже осыпались черным пеплом. Промелькнула мысль, что Рони впервые увидит, как я применяю дар, а значит, скрываться у меня больше не получится. Но я и не хотела продолжать прятаться. Не перед семьей.