Книга Черная невеста, страница 154 – Мария Покусаева

— Пожалуй, я откажусь, – сказал он, открывая перед ней дверь. – Мне есть над чем подумать сегодня вечером, и для этого нужна трезвая голова.

Принцесса сидела на удобном диванчике в гостиной, похожей на шкатулку, а не на жилую комнату. Здесь было много темно-синего и золотого, много маленьких зеркал, блестящих жирандолей и картин в круглых рамках: осенние пейзажи, портреты матерей с детьми, охотничьи собаки и астры. У горящего камина стояла одна из фрейлин, Грета, в кресле у окна сидела вторая с раскрытой книгой. Глория дель Розель тоже была здесь, на пуфе у ног своей госпожи, похожая на черную кошку, главную любимицу, удостоившуюся дорогого ошейника за преданность и ловлю дворцовых крыс.

Пахло пряностями и травяным отваром, который принцесса пила из тонкой фарфоровой чашки.

Ничего розового – только охра, золото и огонь. Лето прошло, его краски схлынули – и двор Элизабеты тоже преобразился.

Изменения в Ее Высочестве Элизабете были едва заметны. Она пока не прибавила в весе, ее фигура, затянутая в бархат цвета осенних листьев, оставалась по-девичьи стройной. Все та же фарфоровая куколка, но другим был ее взгляд – в нем поселилось умиротворенное спокойствие. Движения рук стали мягче, улыбка теплее, голос глубже.

— Я рада видеть вас снова, герр Охотник, – сказала Элизабета и жестом велела ему сесть на второй пуф.

Это было несколько неудобно и даже почти несолидно, поэтому Ронан решил постоять. Принцесса недовольно дернула плечом и нахмурилась.

— Что же, значит, беседа будет короткой. Я знаю, зачем вы здесь. Моя картахенская ведьма рассказала мне о вашей беде.

Ронан бросил взгляд на Глорию – та, не улыбаясь, покачала головой.

— Я пришел просить вас об услуге, которую вы мне обещали.

— Да, я помню. – Принцесса взяла с серебряного подноса ореховую конфету и, придирчиво осмотрев, отправила ее в рот. – Вы хотите попросить не для себя, а для другого. Помилования для леди Флоренс Найтингейл, убившей мужа магией.

— О помиловании речь уже не идет, Орден признает ее невиновной, – возразил Ронан.

— Вот как? – Принцесса подняла бровь. – Значит, моя стригоя неточно объяснила мне, что произошло.

Глория виновато улыбнулась, но глаза ее оставались почти холодными.

Скорее всего, передала она точно. Но принцесса поняла по-своему. Так, как желала понять.

— Но раз Орден признает, что вины этой бедняжки в случившемся нет, то в чем проблема? – спросила Элизабета.

Она сделала Грете знак – и та подошла к чайному столику, чтобы снова наполнить чашку госпожи. Запахло шиповником, ромашкой и медом.

Ронан задумался. Все, что он собирался сказать, почему-то вылетело из головы. Элизабета выжидающе смотрела на него. Как кошка – на птичку за окном.

— Есть те, кто будет не согласен с решением Ордена, – наконец сказал Ронан. – Семья погибшего, к примеру, или те, кто видит в ней преступницу. Они не смогут оспорить его, но могут попытаться признать леди Найтингейл опасной для общества…

— А она безопасна для общества? – вкрадчиво спросила Элизабета.

— Со сдерживающим браслетом на руке – да, полностью. При должном обучении контролю – тоже.

— А если этот браслет снять? – Пальцы принцессы обхватили чашку. – Если, к примеру, кто-то хитрый и злонамеренный выкрадет Флоренс Найтингейл из-под грозного ока Ордена и попытается использовать в своих целях? Ронан Макаллан, я предлагала вам помощь на условиях, что это не принесет вреда мне, моей семье и этой стране, но, кажется, вы пытаетесь попросить меня о том, что идет вразрез с нашей договоренностью.