Книга Черная невеста, страница 129 – Мария Покусаева

Флоренс пожала плечами, но вдруг нашлась с ответом:

— В том, что моя матушка сбежала с художником? И потеряла рассудок?

— Вышла замуж за талантливого мастера, – поправил ее лорд Найтингейл. – Как честная женщина. И, насколько я знаю, жила скромной жизнью, пока в вашей семье не случилась беда. Я знаю, чья вы дочь, Флоренс Голдфинч, и поверьте, это никак не мешает мне видеть в вас достойную невесту. И если вас не пугает то, что я вам сказал, то зовите дядю. Будем заключать самую главную сделку в вашей маленькой жизни.

К вечеру похолодало, и, чтобы выйти в сад, Флоренс набросила плащ.

Еще не стемнело, но в окне кабинета дяди зажгли свет: они все еще сидели с лордом Найтингейлом, говоря уже о чем-то другом. Флоренс добралась до беседки, места их встреч с Бенджамином, и только здесь, рядом с кузеном, ее наконец настигли рыдания.

Бенджамин выдержал их спокойно, с почти философской стойкостью, лишь в какой-то момент подал Флоренс платок.

— От соли лицо покраснеет, – сказал он, пока она, всхлипывая, вытирала щеки и подбородок, и спросил тревожно: – Он не понравился тебе настолько?

Флоренс покачала головой.

— Нет, он… как добрый дедушка, – ответила она. – И ему нужна не жена, а компаньонка. Он так и сказал.

— Что же, – задумчиво произнес Бенджамин. – Это честно.

— И грустно! – И Флоренс выложила ему все, что говорил лорд Найтингейл. От одной только мысли, что этот добрый старик однажды умрет и ей придется устраивать его похороны, она снова начинала плакать.

— Такова жизнь, дорогая кузина. – Бенджи ласково похлопал ее по плечу, как если бы она была одним из его друзей. – Но мне будет очень не хватать тебя, когда ты уедешь.

От этого Флоренс снова расплакалась.

Когда она успокоилась, они побродили по саду, болтая о ерунде. Потом стемнело, за оградой на аллее зажглись фонари, и стало еще холоднее. Легкие туфельки Флоренс не спасали от промозглой сырости, и пришлось пойти в дом.

Когда они поднимались по ступенькам, прямо у ворот Силберов остановилась карета: в сумерках было видно герб, украшающий ее дверь, и то, как бликует лакированное дерево. Бенджамин присвистнул:

— Дорогая игрушка! Не за твоим ли женихом приехали?

Из кареты вышел мужчина. Он был строен, в ладно сшитом сюртуке и высоком цилиндре, а двигался самодовольно, с грацией юного лорда. Словно все в этом мире ему позволено: и разъезжать на роскошных каретах, и легко открывать калитки в чужие сады, и ухмыляться при виде тех, кто ему встретился.

Незнакомец приблизился к лестнице и застыл, рассматривая Флоренс и Бенджамина в свете двух ярких фонарей.

— Это же дом Оливера Силбера? – спросил он, приподнимая цилиндр.

Волосы у него были светлые, остриженные коротко, а лицо вытянутое, с четкими, крупными и приятными чертами.

Флоренс кивнула.

— Да, лорд Силбер – мой отец, – сказал Бенджамин, выступая вперед, словно поздний гость представлял для Флоренс какую-то опасность.

— Прекрасно. – Тонкие губы растянулись в улыбке. – Я мистер Джон Феджин. Мой господин, лорд Герберт Найтингейл, просил меня приехать к семи часам, чтобы забрать его домой.

— Лорд Найтингейл с отцом сейчас беседуют, – ответил Бенджамин. – Я могу предложить вам подождать на кухне.

Мистер Феджин усмехнулся:

— Буду благодарен, лорд Силбер-младший. – Он слегка поклонился.